Видно, все же не настолько он приручен, как она утверждала! Точно там, на улице Комбайнера Поперечного, кто-то ему сильно подпортил настроение, о чем говорит синяк на скуле…
– Да никого я не ожидала, – ответила Инна, – просто я не могла до тебя дозвониться, а мы договаривались…
– Я ездил по делу. Мне предложили выгодный заказ…
– Ну и как заказ? – насмешливо переспросила Инна.
– Сорвался… – неохотно признался Игорь, невольно дотронувшись рукой до скулы.
– Так нечего было… – начала Инка. Договорить она не успела – Игореша увидел меня, и лицо его вытянулось.
– А она тут что делает? Как она здесь оказалась?
– Я ее здесь застала, – ответила Инна почти правду. – Она следит за нами… следит за тобой. Нужно от нее наконец избавиться.
– Следит? – переспросил Игореша. – Зачем она следит? Какого черта ей нужно?
– Не знаю, знаю только, что она для нас опасна. Ты же знаешь, какие у нас большие планы, а из-за нее они могут сорваться. Она слишком много знает. Хорошо, что я ее вовремя перехватила. Я заставила ее принять снотворное. Сейчас она заснет, и ты поможешь мне дотащить ее до машины.
Инка говорила спокойным, размеренным голосом, каким мама говорит с непослушным маленьким ребенком, да еще повторяет все не один раз, чтобы до него дошло.
Тут я вспомнила, что нужно сделать вид, будто я действительно засыпаю. Широко зевнула и прикрыла глаза, оставив крошечные щелки, сквозь которые следила за происходящим.
– Вот видишь, – удовлетворенно проговорила Инна. – Снотворное подействовало.
– Дотащить до машины? – переспросил Игореша. – Какого черта? Куда ты ее хочешь везти?
– А как ты думаешь? Надо от нее наконец избавиться, она все время вертится у нас под ногами, сует нос в наши дела! Нужно с этим покончить!
– И как ты собираешься это сделать? Вон, с той девкой, которую похитили по ошибке, сколько проблем было! Искусала меня всего, пока до дороги довез и ее из машины выбросил!
Я перевела дух, хорошо хоть ту девицу в похожем пальто они не убили, она вообще ни при чем. Но мне от этого не легче, меня-то Инка точно живой не отпустит.
– Самое надежное – привязать камень к ногам и в воду! – равнодушно бросила она.
Игореша позеленел и замахал руками:
– Ты с ума сошла?
Я думала, он пришел в ужас от предложения меня утопить. Но оказалось, что его испугало совсем другое.
– Ты с ума сошла? А если соседи увидят, как мы ее выносим? Тебе хорошо, тебя здесь никто не знает, а меня знает каждая собака! Стукнут в полицию…
– Ты не только трус, но еще и дурак! – оборвала его Инна. – Само собой, мы не потащим ее как есть! Мы положим ее в большую коробку. Когда я сюда шла, я видела возле мусорных контейнеров коробку от холодильника, ты сходишь и принесешь ее… никто из соседей ничего не заподозрит!
Игореша что-то невнятно пробормотал. Видно было, что он напуган и разозлен. В это время у Инны зазвонил телефон. Она взглянула на экран, переменилась в лице и вышла в коридор. Оттуда донесся ее приглушенный голос, но слов было не разобрать.
Игореша, проводив Инку взглядом, подошел и мрачно на меня уставился.
Это был решающий момент, как говорят, момент истины.
Я широко открыла глаза и в упор взглянула на него.
Игореша отшатнулся:
– Так ты не спишь?
– Она права, – проговорила я как могла твердо.
– Кто? – тупо переспросил он.
– Инна, конечно.
– Это ты о чем? В чем она права?
– Что ты не только трус… и подлец, но и дурак.
– Что?! – Он сделал зверскую рожу и замахнулся на меня.
Я, однако, ничуть не испугалась и продолжила таким же спокойным и твердым голосом:
– Ты что, ничего не понимаешь?
– Чего это я не понимаю?
Краем уха я прислушивалась к доносящемуся из коридора голосу Инки. Лишь бы она не вернулась раньше времени!
– Чего я не понимаю? – повторил Игореша, покрываясь красными пятнами.
– Не понимаешь, что после того, как ты поможешь ей избавиться от моего трупа, она тут же расправится с тобой? За один раз – от обоих! Туда же, в воду!
– С какой это стати? Мы с ней…
– Я же говорю – ты дурак! «Мы с ней»! Ты, может, и с ней, да только она не совсем с тобой! Точнее, совсем не с тобой! Да ты взгляни на экран этого ноутбука. – И кивнула в сторону стола.
– Чего это?! – В его голосе послышалась неуверенность. Кажется, я заронила в него зерно сомнения.
– Ты только взгляни – и все поймешь!
Он шагнул к столу, тронул рукой клавишу. Экран засветился, на нем появилась фотография – Инна с Матрениным.
– Что это? – протянул Игореша.
Выражение лица у него было то самое, про которое говорят – глядит как баран на новые ворота. Знала я, что он туповат, но чтобы так долго очевидное доходило… это уже не жирафья шея нужна, а подъемный кран.
– То самое! – победно проговорила я. – «Мы с ней»! Да она тебя использует, как лоха!
– Не болтай ерунды! – отмахнулся он, но чувствовалось, что дело пошло, он начал соображать.
– Вот-вот, ты ей нужен только как тягловая рабочая сила, – сказала я, – вот меня увезти куда-то или труп Мамонова в шкаф запихнуть…
Я сказала это по наитию, потому что ясно, что женщине, даже такой стерве, как Инка, тело крупного мужчины в шкаф не запихнуть. И по тому, как вздрогнул Игореша, поняла, что права.
