– Это сейчас нет. Но я готова спорить на что угодно, что очень скоро кое-кто там будет.
Алексей посмотрел мне в глаза и не стал спорить и спрашивать, зачем мне это надо, он повернулся к одному из парней, сидевших на переднем сиденье, и вполголоса отдал ему короткий приказ. Парень выскользнул из машины, подошел к «Фольксвагену», огляделся по сторонам и что-то сделал с боковым окном. Стекло опустилось, он запустил руку в машину и что-то прилепил снизу к приборной панели. Затем вернул стекло в прежнее положение и снова присоединился к нам.
Надо же, как все просто!
– Ну, так кто такой этот, с перстнем, ты сказала, что знаешь.
– Знаю точно, что это Матренин.
– Матренин? – Алексей помрачнел. – Лично с ним незнаком, но наслышан, что человек опасный. Но я с ним никак не пересекался, никакой между нами связи нету…
– А вот в этом вы ошибаетесь. – Я нагнулась к его уху и шепотом поведала ему все, что знала про папу и сына Матрениных. Думала, он не поверит и начнет сомневаться и морщиться, однако Алексей только хмурился и кусал губы.
– Не может быть! – в конце концов сказал он и даже не стал допытываться, откуда я-то все знаю.
Мы помолчали, потом он спросил, что теперь.
– Теперь нужно просто немного подождать, – как можно более рассудительно сказала я. – А вы пока можете мне рассказать, что у вас украли той ночью. Ну, когда мы с вами оказались в одном отеле.
Сперва он нахмурился и хотел ответить резко, но потом передумал и неохотно пробормотал:
– Бумажник…
– Бумажник? А что в нем было такого ценного? Вряд ли вы так беспокоились бы из-за денег или даже из-за банковских карточек – заблокировали бы, и дело с концом. Наверняка там было что-то еще, более ценное для вас.
– Ну да… – протянул он еще более неохотно. – Там была одна фотография.
– Фотография? – переспросила я обреченно. – Опять фотография. Не слишком ли много в этом деле фотографий?
Ответить он не успел – из подъезда вышла Инка. Выглядела она ужасно – синяк под глазом, волосы растрепаны… видно, у них с Игорешей продолжилось выяснение отношений. И Инка вышла победителем. Да кто бы сомневался! И это несмотря на то, что Игореша весит без малого сто килограммов. Ну дает подружка моя бывшая!
– А ведь я ее знаю… – пробормотал вдруг Алексей.
– Только не говори, что ты с ней спал! – выпалила я, совершенно неожиданно для себя.
– Я? Да нет… – Он потер лоб, не замечая моего неуважительного обращения. – Тут не то… Вот буквально несколько дней назад мы где-то сидели, кажется, говорили…
– Ага, знаю… – меня осенило, – ты с ней вроде бы случайно столкнулся как раз в тот вечер, когда в том клоповнике ночевал.
– Точно… где-то в ресторане обедал, случайно с ней парой слов перебросились.
– Она случайно ничего не делает! Это наверняка она тебе в кофе что-то капнула, ты и вырубился, да не сразу, а когда вышел! Если бы там, в ресторане, то тебе бы такси вызвали. А так тебя Алиска подхватила, вроде как ты пьяный в хлам. А я все гадаю, как же ты на эту швабру Алиску повелся.
– Да я бы такую… – Алексей выплюнул неприличное слово, – и близко к себе не подпустил!
– А тут женщина симпатичная, одета дорого, ну ясно все…
Инка между тем села в свою машину, но не уехала – оглядывалась по сторонам, как будто кого-то ждала.
– Ты была права… – проговорил Алексей. – И раз уж ты так хорошо предвидишь события, может, скажешь, что будет дальше?
– Да вот смотри!
Неподалеку от нас остановилось такси, из него вышел плотный мужчина, в длинном плаще с поднятым воротником и шляпе с опущенными полями. Он подождал, пока отъедет такси, и направился к Инкиному «Фольксвагену».
Несмотря на попытку маскировки, я узнала Матренина. И Алексей, похоже, тоже его узнал.
– Насчет жучка это была хорошая идея, – признал он, покосившись на меня.
Парень на переднем сиденье подкрутил какое-то колесико, и из динамика донесся низкий, хриплый голос:
– Что случилось? Зачем ты меня звала?
– Ты был осторожен? – проговорила в ответ Инка. – За тобой нет хвоста?
– Осторожен, осторожен! Видела – приехал не на своей машине, а на такси. Точнее, на двух такси, с пересадкой, чтобы не отследили. Так в чем дело? И что у тебя с лицом?
– Мелкие неприятности. Не обращай внимания. Это сейчас неважно. А дело в том, что я узнала, где это находится. Точно узнала. Мы сейчас поедем прямо туда.
– Ну наконец-то…
«Фольксваген» тронулся, выехал на проспект.
Мы немого выждали и поехали следом. Наш водитель держался подальше от «Фольксвагена», чтобы Матренин не заметил слежки. Упустить его мы не боялись: жучок в машине служил и маяком, так что мы все время знали, где находится наш объект.
В дороге Матренин с Инкой почти не разговаривали в отличие от нас с Алексеем.
Начала разговор я:
– Так что же за фотография была у тебя в бумажнике?
Я решила не церемониться и держаться по-свойски.
– Фотография моей матери, – глухо ответил Алексей, – любительская, черно-белая, мама на ней совсем молодая. Она и умерла молодой, но там совсем молодо выглядит.
– А умерла она… – я снова наклонилась к его уху, – в девяносто пятом году.
– Откуда ты знаешь? – Он отшатнулся.
