- Вот и хорошо, твои слова немного меня успокоили, но теперь перейдем к сути. Мне понадобится твоя помощь. Расскажи мне больше о ней, скажи, что ей нравится, где проводит время, что мне, в конце концов, сделать, чтобы заставить эту женщину поменять свое решение и посмотреть на меня другими глазами. Заставь ее забыть о сестре и о ком бы то ни было. Сделай так, чтобы только я имел для нее значение. Сделай что угодно. Я заплачу.
Замолчав, король вынул несколько золотых монет и положил их на животик кошки, которая, почувствовав прикосновение холодного металла, жалобно мяукнула. Себастьян с интересом переводил взгляд с золота на короля и обратно. Его явно веселило такое положение дел.
- Я заплачу еще больше, только начни делать хоть что-нибудь. Я понимаю, что ты всего лишь слуга, но если ты начнешь говорить обо мне при ней постоянно, говорить о неверности ее решения, то она, как женщина, засомневается в своем выборе. И ты не смеешь мне отказать. Я король.
Закончив речь уже властным тоном, Генрих с прищуром посмотрел на хитрое лицо Себастьяна. То ли он насмехался над падшим монархом, то ли просто раздумывал, что же ему делать. Но всего через пару мгновений демон выдал:
- О, я знаю отличный способ, как заставить ее думать о Вас, Ваше Величество. Положитесь на меня и наберитесь немного терпения. Совсем скоро я обрадую Вас приятной вестью.
- Совсем скоро? И все же, сколько это?
- Не торопите события, мой король, - широко улыбаясь, ответил Себастьян. – Женщины любят, когда их завоевывают постепенно. Просто ждите. И получите награду за ожидание.
Генрих кивнул и, решив, что и так наговорил лишнего простому слуге, развернулся на каблуке и направился в сторону тронного зала. Михаэлис был счастлив. Впервые контракт приносил ему столько удовольствия.
========== V. Мелодия для леди в зеленых рукавах ==========
Струны солнечного света скользили сквозь тонкие ветви деревьев, создавая удивительную игру цветов и едва уловимого звука. При каждом порыве ветра веточки словно стряхивали с себя слезы освежающего утреннего дождя, и те стремительно падали вниз, в грязные лужи. Человеческое ухо не могло уловить звук столь легкого удара капель о воду, но демон слышал все четко. И он даже мог сравнить ее со звоном разбивающегося стекла, как будто сотни прозрачных крупных бусин ударялись оземь и раскалывались на сотни осколков. Однако этот звук был приятен. Он ласкал слух и заставлял забыться на некоторое время.
Но Себастьян не мог позволить себе думать о чем-то помимо музыки, и эту странную мелодию дождевых капель он старался использовать сейчас в угоду себе.
Кап…
«На что это похоже? Кажется, ля», - думал про себя Михаэлис и необдуманно дернул музыкальный инструмент за струну.
- Ля-а-а-а, - жалобно протянула лютня и тут же успокоилась.
- Да, ля, - соглашаясь с несчастным струнным инструментом, который мучили уже на протяжении двух часов в поисках гениальной мелодии, сказал сам себе демон. – Пусть будет ля-минор…
Задумчиво глядя на лютню, Себастьян постукивал пальцами по верхней деке. Кроме решительного ля в голову больше ничего не шло. Не то чтобы Себастьян не мог сочинить красивую мелодию, нет. Ему даже было не впервой писать музыку – среди сотен его контрактеров были и музыканты, которые добивались признания благодаря именно сделке с этим инфернальным существом. Но тут было мало просто сочинить шедевр, который бы запал в душу миллионам людских душ. Целью была одна-единственная душа, которая вполне могла и отвергнуть столь шикарный дар. В течение нескольких часов Себастьян представлял в своей голове десяток мелодий, парочку даже наиграл, но все было не то. «Чушь», - вот что думал Михаэлис, когда заканчивал игру и оставлял лютню в покое после очередного приступа вдохновения, который чередовался со ступором.
Черноволосый мужчина наобум провел плектром по струнам.
- Ля, до-о, ре, ми! – прозвенела лютня.
Стоп. А вот это уже показалось интересным.
- Ну-ка, повтори, - ласково произнес Себастьян и сам же снова воспроизвел предыдущее движение плектром, только медленнее.
- Ля, до-о, ре, ми… - уже немного неуверенно излила лютня, словно боялась, что при детальном рассмотрении и эта мелодия отправится к своим предшественникам.
Демон улыбнулся. Поймать нужную волну – вот что было важно при сочинительстве, и не суть, что это было – музыка или литература. Уловить, схватиться за этот легкий порыв вдохновения и развить идею.
Благо Себастьяну не нужно было ничего записывать – его феноменальная память далеко не смертного существа позволяла ему помнить все необходимое. Начало мелодии было положено, осталось продолжить. Поочередно проиграв несколько аккордов в ля-миноре, мужчина настроился на этот лад, и начал играть мелодию заново. И словно по взмаху волшебной палочки, ноты полились из-под его пальцев сами собой.
- Фа, соль, фа, ми-и, си, соль… - лютня медленно и с наслаждением повела мелодию дальше; струнный инструмент словно почувствовал уверенность, как только демон выказал свое удовлетворение от музыки, и ноты теперь свободно шли с его языка.
