- Нормально, - Георг даже сделал небрежный жест рукой, словно отмахивается от мухи. – Кстати, Аннамария, - парень решил перевести разговор в более безопасное русло, - я встретил в коридоре твоего слугу, он был занят чисткой твоих нарядов, но спросил, не буду ли я столь любезен передать тебе кое-что.
Георг опустил руку в карман кафтана и, нашарив что-то шуршащее, извлек оттуда письмо в чисто белом конверте. Протянув его Анне, он загадочно проговорил:
- Этот холоп сказал, что оно от тайно влюбленного в тебя лорда.
Брови леди Болейн в удивлении приподнялись вверх, а рука потянулась за интересующей вещью в ладони брата. Не медля ни секунды, Анна вскрыла конверт и под монотонный разговор брата и сестры принялась читать написанное. Быстро скользнув взглядом в конец страницы и увидев подпись, аристократка поняла – это письмо от Генриха! Девушка постаралась ничем не выдать свое внезапно накатившее волнение и снова устремила взор к письму.
Ее удивило то, что в нем были стихи, в которых несчастный отвергнутый король сокрушался о том, как его возлюбленная леди могла обойтись с ним так жестоко. Он писал о том, что выполнил бы любой ее каприз, дал бы все, что она пожелает, но пусть только согласится быть рядом с ним. Ошеломленная, она прочитала стихотворение еще несколько раз и, прижав его к губам, молча подошла к окну. Вдруг в комнате воцарилась тишина – видимо, поведение Анны заинтересовало брата и сестру.
- Что там? Кто это, Аннамария? – в нетерпении полюбопытствовал Георг.
- Ах… Тут не указано, - мгновенно солгала девушка и стремительно направилась к двери. – Мне надо на свежий воздух.
- Кстати, Анна! – крикнул брат сестре уже в спину, когда та распахнула дверь, отчего бедняжка даже немного вздрогнула. – Ты же знаешь, что сегодня бал?
- Бал? – изогнув бровь в недоумении, Анна посмотрела на брата, который энергичным кивком подтвердил свои слова. – По какому поводу?
- Да много ли поводов надо королю, чтоб устроить пир! – хохотнул Болейн, от души смеясь над своими словами. – Мария по понятным причинам не сможет присутствовать, но ты, дорогая сестричка, ты обязана быть там.
Болейн слабо кивнула и вышла из комнаты. Медленным шагом она прошла вперед по узкому коридору. Поморщив нос от странного запаха сырости, она вновь достала письмо и перечитала его. В третий раз.
Зал, как обычно, был наполнен сонмом людей. Разодетые в дорогие и цветастые ткани, они парами, тройками и поодиночке сновали туда-сюда, раздражая и перекрывая свободный проход. Анна явно была не в духе этим вечером: письмо Генриха выбило ее из колеи, такого решительного шага от короля она никак не ожидала, и теперь больше всего ее заботило, как же правильно поступить ей. В поисках поддержки девушка глазами нашла Себастьяна, непринужденно подпиравшего стену у входа в зал и раздававшего всем мимо проходящим дамам свои обаятельные улыбки.
«Поганый черт», - со злостью подумала Анна и залпом осушила свой кубок с вином. На людях такие слова не произнесешь, она же леди, но благо, в мыслях можно было выражаться, сколько хочешь. И Болейн успешно пользовалась этим правом, чтобы лишний раз облегчить душу.
Раздражали не только люди, не только довольное выражение лица демона, но и тот факт, что ей не удалось обмолвиться с Генрихом и парой слов, теперь, когда это было так важно. Анна опустила руку в карман, чтобы проверить, что письмо все еще на месте. Вдруг на глаза ей попался хохочущий брат, отплясывающий под руку с какой-то смазливой аристократкой. «Лицемер», - зло подумала девушка, вспомнив, о чем сегодня Георг говорил с Марией. Кажется, Болейн сегодня была готова щедро одарить персональной характеристикой каждого присутствующего в этом зале.
Бодрая и живая мелодия, доносившая с противоположной стороны зала, вдруг резко оборвалась, и ведущий музыкант жестами и топотом попросил всех внимания.
- А теперь, - с поднятыми руками, в одной из которых покоилась лютня, вещал старый мужчина с белоснежными и густыми волосами, - представляю вам, лорды и леди, песню, сочиненную Его Величеством королем.
По залу прошелся восхищенный возглас. Кто-то из вельмож восторженно крикнул:
- Талантливый человек талантлив во всем! Его Величество искусно правит своим народом, неудивительно, что свой дар он применяет и в других видах искусства.
Многие зааплодировали такой приторно сладкой речи, Генрих удовлетворенно же поднял кубок и кивнул красноречивому оратору, бросая лишь мимолетный взгляд на Анну. Та неподвижно сидела на своем месте, не обращая внимания ни на кого, лишь неотрывно следя за королем. Сердце барабанило с бешеной скоростью - Болейн чувствовала, это все неспроста. Кривая усмешка на лице Себастьяна давала понять, что она не ошибается.
