– Я знаю Лирана, потому что он меня спас, и я долго на него работал, – отвечает он быстрее, чем я ожидала, и садится напротив меня. Он наклоняется немного вперед и кладет руки на колени. Дружелюбный, открытый жест, который должен мне показать, что я могу ему доверять и он не собирается ничего скрывать. Но я знаю, как можно использовать язык тела, чтобы внушить собеседнику доверие, и не позволю себя одурачить. Сейчас мне нужно еще осторожнее, чем раньше, воспринимать все его слова. Он, конечно, не так мастерски владеет речью, как Лиран, но, похоже, тоже тщательно продумывает, что говорить, когда и как.
– Во мне очень много силы, и я рано начал понимать, как я могу ее использовать. Менять облик я научился еще в раннем возрасте. Позже, когда я был подростком, я отважился на первые попытки превращаться в другого человека, а затем усовершенствовал этот навык. Но люди – более сложные создания, поэтому изображать другого человека можно лишь несколько секунд, самое большое – несколько минут.
Он задумчиво проводит пальцем по своему гладко выбритому подбородку. В целом вид у него более ухоженный, чем можно предположить по его образу жизни. Темно-русые волосы чистые и аккуратно причесаны. Черная рубашка застегнута до самого верха и не выглядит помятой, как и черные брюки, которые плотно заправлены в сапоги. Только эти сапоги кажутся немного более поношенными, чем все остальное.
– А чего я от тебя хочу, Навиен… Я хочу, чтобы ты стала сильной. Узнала, на что ты способна и кто ты такая. И я хочу…
– Подожди, – прерываю я его и снова ловлю на себе гневный взгляд Джиа.
Когда она пытается двинуться ко мне, Миел тут же придерживает ее рукой.
– Да, говори, – спокойно реагирует он.
Я слышу, как у меня колотится сердце, поэтому стараюсь успокоиться и привести в норму дыхание.
– Почему именно я? Потому что я общаюсь с князьями?
Шева откашливается и серьезно смотрит на Миела.
– Да, – отвечает Миел. – Мы знаем, что ты посетишь все княжества. А нам требуется информация. Их слабые места, если быть точным. Нам нужно, чтобы их герои перешли на нашу сторону.
– И это я должна этому поспособствовать?
– Если тебе слабо, так и скажи! – злорадно смеется Джиа. – Я все равно не верила, что ты способна это сделать.
Я закатываю глаза и снова смотрю на Миела.
– Ты поэтому хочешь, чтобы я стала сильной?
– Нет, – быстро возражает он. – Я хочу, чтобы ты стала сильной, потому что ты заслуживаешь того, чтобы побеждать. Тебя сдерживали и не давали развиваться. А это не в твоей природе.
– Откуда ты все это знаешь?
– У меня среди героев есть связи. Если ты помнишь своего любимого Зета, он был одним из нас.
– Зет? – переспрашиваю я дрожащим голосом. Я не любила его, хотя Авиелл бы этого хотелось. Не знаю, что Миел подразумевал под любовью, но мы просто несколько раз переспали. Хотя, несмотря на отсутствие настоящей любви, чувства у меня к нему были. Он был одним из моих немногих союзников в княжестве Истины. И он погиб. Тарон сказал, что выжили только несколько настоятелей монастырей и жителей деревни. О героях он не говорил. Зет служил в нашем дворце. Он был героем одного довольно противного дворянина, который жил с нами с самого рождения.
– Да, он передавал мне информацию. И постоянно подчеркивал, что в тебе таится великая сила. Кроме того, он сообщил мне, что твой настоятель, Режан, довольно часто приглашал тебя к себе. – Он усмехнулся. – Похоже, ты одаренный читатель.
Какое-то время я размышляю, есть ли смысл это отрицать, но решаю, что нет.
– Да, это так, – подтверждаю я.
– Ты уже с тринадцати лет научилась закрывать от других сознание.
У меня перехватывает дыхание, но я быстро справляюсь и снова киваю.
– Это серьезный признак. Шева и Джиа не умеют этого делать.
Джиа гневно сверкает глазами.
– А ты? – спрашиваю я, хотя ответ мне уже известен.
– Разумеется, умею.
Я собираюсь с духом, разжимаю руки и, как и он, немного наклоняюсь вперед.
– Чей ты ребенок? И не говори мне, что это был просто какой-то дворянин. В тебе течет княжеская кровь, Миел. Я это чувствую.
Некоторое время он задумчиво на меня смотрит, пока я ожидаю ответа, который каким-то образом давно уже знаю. Интересно, почему?
– На свет меня произвели бывший князь Высокомерия и его супруга, – спокойно объясняет он. Он тщательно подбирает слова, и становится ясно, что он не считает их своими родителями.
– Их сыновья – Ларакай и Лиран. И я знаю их героев.
– Однако ты не знаешь, что у них был еще один ребенок. Сын, который родился больным и умер в пять лет. Тогда Лиран меня и спас, как я уже говорил.
Я опускаю взгляд, потому что чувствую, что напомнила ему о чем-то, что он запер глубоко внутри. Это выдает его голос, в котором слышна печаль. Такое же горе я испытала, когда умерли Филипп и Калеб.
– Лиран тоже хочет, чтобы я училась и стала сильной. Чтобы могла использовать свои демонические силы.
Я опять направляю на него взор.
Шева и Джиа тоже смотрят на Миела, причем вид у них ошарашенный.
– Зачем ему это нужно, если она станет сильнее его? – тихо и растерянно спрашивает Шева.
– Этого я не знаю, – отвечает Миел.
