Лакрос выступает вперед. У меня нет времени на размышления, поэтому я продолжаю искать и наконец нахожу всепоглощающее темное ощущение внутри себя. Я добираюсь до него. Медленно вдыхаю, будто воздух способен увеличить мою силу, и на руках у меня появляются тени. Я хочу, чтобы они выстрелили в князей и героев. Но ничего не происходит, и в следующую секунду они уже исчезают. Не-е-ет!
– Это приходит и уходит само собой, – сообщает Густа не очень полезные сведения и поднимает меч. – Будем сражаться обычным способом.
Лакрос смеется и бросается ко мне. Я ожидаю, что он снова ударит меня кулаком по лицу, но вместо этого меня пронзает странная боль в бедре. Я смотрю вниз. В боку у меня торчит кинжал. Рука Лакроса крепко сжимает рукоятку, прежде чем он вытаскивает ее. Я хватаю ртом воздух.
Как я могла быть такой беспечной и пропустить удар? Быстро собравшись, я поднимаю колено и бью им ему по руке, из-за чего он тут же роняет кинжал.
– Мы не можем долго сдерживать Лирана, – раздается сзади голос героя.
Лакрос рычит от ярости и пинает меня по ноге. Ему почти удается сбить меня с ног. Я вырываюсь и бью его кулаком в низ живота. Он хрипит. Но позади него тут же оказывается Сантос и поднимает меч. Он хочет обезглавить меня прямо сейчас?
Когда клинок опускается, я уворачиваюсь. Потом пинаю его по ногам, поднимаюсь и бью его в подбородок. Он падает, но надолго это его не остановит.
Тем не менее я хватаю его меч и собираюсь нанести удар. Он стоит передо мной на коленях, и я собираюсь отрубить ему голову. Но тут меня начинают удерживать тени. Меч выпадает у меня из руки.
Они тащат меня, будто куклу. Я сопротивляюсь. Но при этом точно знаю, что сопротивляться я должна в основном внутри. Должна использовать темную силу, чтобы с ними бороться. Но я не могу этого сделать. Я не умею. Я… Тут меня пронзает такая жуткая боль, что моя голова безвольно опускается. Сквозь слезы я вижу огромное лезвие меча у себя в животе. Я кашляю. Теперь мне не дают упасть лишь тени. Они держат меня крепко, как цепи, и дают всем возможность пронзить меня мечами, не оставляя шанса сопротивляться. Я же девушка. На их взгляд, это справедливая схватка? Нет. Но что в этом мире, и прежде всего в князьях, справедливого? Они жаждущие власти больные люди. Такие же, как мой отец.
Из последних сил я поднимаю голову, чтобы посмотреть, кто нанес удар. Это был Аарон, князь Зависти. В глазах у него сверкает жадность, когда он очень медленно и неторопливо вытаскивает лезвие у меня из живота. Я кашляю кровью. Это значит, что я скоро умру. За ним я вижу других князей и героев. Рядом со мной скованный тенями Густа.
Но как? Я ранена. Тяжело ранена. Я так и не научилась использовать свои силы.
Фирас делает шаг вперед. Несмотря на то что он толстый, он силен. Аарон протягивает ему меч. Как будто они устроили такое народное развлечение – каждый может пронзить мечом глупого маленького героя. Ну уж нет. Я не могу этого допустить. Если я и умру, то не так.
Я закрываю глаза, хватаю силу внутри себя и выплескиваю ее. И не только ее. Я высвобождаю все страдания, которые причинили мне такие люди, как они. Все удары, всю боль, весь этот ужас. Но когда я открываю глаза, теней вокруг нет. Я уже думаю, что у меня ничего не получилось, но потом понимаю, что вокруг свет. Много света. Он окружает их. Толкает. Заставляет их лица болезненно искажаться, когда они смотрят мне в лицо. Они смотрят на меня так, будто я… худший кошмар в их жизни. Я снова кричу, вырываю руки из цепких объятий теней и протягиваю их вперед. Я полна силы.
Доброй силы. Света.
Их отбрасывает еще дальше. Из глаз у них начинает течь кровь.
– Хватит! – слышу я позади голос Густы. Он касается моей руки, но я его отталкиваю. Я хочу заставить их страдать, уничтожить их своей силой. Я не могу остановиться. Не могу сдержать эту силу. Я…
– Навиен.
Сердце у меня наполняется каким-то теплом. Моя сила отступает. Я моргаю и тогда вижу его.
– Миел, – шепчу я, и ноги у меня подкашиваются.
Он подхватывает меня, заключает в объятия и поднимает. Несет меня вниз по лестнице в коридор, куда хотел меня отвести Густа. Не понимаю, откуда взялся Миел… У меня уже не получается хорошо соображать.
– Она серьезно ранена, Миел, – слышу я голос Густы.
Эти двое знают друг друга? Так что здесь делает Миел? Он пришел, потому что Лиран хотел, чтобы он меня защитил?
– Где Лиран? – спрашивает Густа.
– Взаперти. Но ему князья ничего не могут сделать.
– Миел, – говорю я хриплым голосом и поднимаю веки. Я смотрю прямо в его ледяные голубые глаза.
– Лучше бы ты выбрала меня, Шор. Всегда лучше держаться кого-то одного.
Я пытаюсь покачать головой, но даже это мне не удается.
– Что нам теперь делать? – Густа оглядывает мрачный туннель.
– Сначала нам нужно отсюда выбраться. В лесу нас ждут Шева и Джиа.
– А потом? – вдруг вскрикивает Густа. – Она же умрет, Миел. Она не должна умереть. Если это произойдет, все будет потеряно.
– Я знаю.
Он тяжело дышит, но продолжает идти. Быстро. Его руки обнимают меня еще крепче.
– Держись, маленький Шор.
