— Думаю, Эва просто решила как-то подстраховаться на случай, если дела магазинов пойдут плохо. Вот она и шла на обман.
— Так боится остаться без денег?
— Она привыкла жить в роскоши. Никакого отказа в деньгах, личный водитель, охрана, возможность любую вещь какую только можно пожелать…
— Я так понимаю, она как-то откупается от полиции, чтобы ее не посадили за мошенничество?
— Возможно. Ведь если бы полиция всерьез занялась ею и не стала брать взятки, то этой женщине грозил бы огромный тюремный срок за совершение далеко не одной кражи и обмана очень многих людей. Я плохо разбираюсь в законах, но думаю, что Эва просидела бы за решеткой несколько лет.
— Верно…
— И знайте… — Амелия на секунду замолкает. — Должна признаться, я даже
— Поддерживайте? — слегка хмурится Ракель.
— Считаю правильным, что она отказывается продавать ту статуэтку. Ведь ей вряд ли бы хотелось ничего не получить и отдать свою вещь просто так.
— Интересно, тетя догадывается об этом? Догадывается, что Эва может обмануть ее?
— Может, и догадывается. Но кто его знает.
— Боже, ну и дела… — Ракель слегка хмурится и пару секунд о чем-то думает, слегка прикусив губу. — Эва Вудхам — мошенница…
— Мошенница… — слабо кивает Амелия. — Я знаю о многих ее обманах.
— Не могу поверить, что эта женщина может так спокойно разгуливать на свободе после всего, что она сделала.
— В любом случае вы не сможете доказать ее вину. Если вы пойдете в полицию и заявите на нее, то вам в лучшем случае просто пообещают поймать преступницу и отложат дело в долгий ящик. Намеренно забудут про него! А в худшем — развернут и отправят домой отдохнуть.
— А только Эва такая нечестная? Или все члены семьи Вудхам могут давать взятки?
— У членов семьи Вудхам есть очень влиятельные знакомые, которые заткнуть рот любому, кто посмеет пойти против них. А поскольку они очень хорошо известны во всем Лондоне и глубокоуважаемы, то никто не решается идти против них. — Амелия быстро прочищает горло. — Точнее, все
— Понятно…
— Эва вообще довольно умная женщина. Она прекрасно училась в школе и получила очень хорошее образование в одном из университетов Лондона. Моя бывшая подруга далеко не глупая и всегда знает, что делает.
— Неужели ее настолько все боятся, что никто не решился заявить на нее в полицию?
— Нет, но несколько пострадавших все-таки написали заявление в полицию.
— Это Эва вам сказала?
— Да, много лет назад. Когда мы еще дружили. А ей сказал знакомый из полиции.
— Дело плохо…
— К тому же, будет очень трудно доказать, что это Эва, поскольку она всегда меняет имя, фамилию и даже свой внешний вид, чтобы каждый человек видел перед собой разных людей.
— И она никогда не представляется Эвой Вудхам?
— Никогда.
— Ничего себе…
— Это женщина вполне может позволить себе оплатить перелет на частом самолете и полететь в любую точку мира без каких-либо проблем.
— Ну а те, кто с ней работает, фактически могут являться ее сообщниками?
— Верно. Рядом с ней практически все время находятся охранники. Они делают все, что она прикажет. И не задают лишних вопросов.
— Неужели пострадавшие, написавшие заявление в полицию, не испугались, что она их убьет? — недоумевает Ракель, слегка нахмурившись и мысленно пытаясь сложить последовательную цепочку событий.
— Скорее всего, нет, раз написали, — слабо пожимает плечами Амелия. — Да и заявления-то написаны на женщин с разными именами. Вряд ли кто-то сможет единогласно опознать в мошеннице ту самую Эву Вудхам. И она это понимает. Это также является причиной, почему ее будет невозможно посадить за решетку.
— Но должен же быть способ остановить ее! — разводит руками Ракель. — Она не может оставаться на свободе и продолжать обманывать чужих людей! И тем более угрожать моей тете Алисии!
— Да, но к сожалению, никто не хочет заниматься этим делом из-за страха связываться с Вудхамами.
— А в семье Вудхам есть только отец и дочь? Или кто-то еще?
— У Эвы есть мать. Но после развода с Гильбертом она мало общается с ней. Эта женщина всегда была намного ближе к своему отцу.
— Она все еще жива?
— Конечно, жива. Правда, у них с Гильбертом были не очень хорошие отношения, и они развелись со скандалом. На данный момент эта женщина не получает от Вудхамов никаких денег. Живет на то, что получает с работы.
— Разве Эва никак ей не помогает?
— Помогает, но дает не очень много. Хотя мне известно, что после развода Гильберт полностью обеспечивал ее и каждый месяц давал ей неплохие суммы денег.
— Ясно…
— Я бы сказала, она даже более жадная на деньги, чем ее отец. Раз уж Эва использует все честные и нечестные пути для того, чтобы заработать денег.
— Неужели никто так и не смог ее поймать до настоящего времени? — спрашивает Ракель.
— Увы, никто не смог, никто не пытался, — разводит руками Амелия. — Эва считает себя всемогущей и уверена в том, что ей всегда будут подчиняться.
— Боже мой…
— Так что не думайте, что в этой ситуации все так просто.
