Она смеется. Мягкий звук плывет вокруг меня, заставляя мои волосы встать дыбом, а яйца напрячься.
Черт. Эта женщина.
Я зависим.
— Я бы не перестал тебя искать, — честно говорю я ей.
Она качает головой в недоумении.
— В конце концов, тебе бы это наскучило, и ты нашел бы кого-нибудь другого.
Я немного отстраняюсь, поднимая на нее бровь. — Ты хочешь сказать, что у меня не было вариантов или предложений?
Она фыркнула. — Я бы никогда такого не предположила. Не уверена, что твое эго это выдержит.
Наклонившись ближе, я прикоснулся своим носом к ее.
— Единственная девушка, которая мне нужна, чтобы тешить мое самолюбие, — это ты.
Она замирает, ее глаза наполняются весельем, когда они перескакивают с одного моего на другой.
— Твое эго. Ну, разумеется.
Обойдя прилавок, я поворачиваю ее табурет и раздвигаю ее ноги достаточно широко, чтобы я мог встать между ними.
Хватая ее руку, я кладу ее на свой член.
Она вздыхает, когда обнаруживает, насколько он твердый.
— Другие варианты и предложения ничего для меня не значили, — говорю я, надеясь, что она услышит искренность в моем голосе. — С того момента, как я увидел тебя, была только ты.
— Алекс, — стонет она, прежде чем я подхожу ближе и приникаю к ее губам.
Ее рука медленно движется по мне, пока мы целуемся, и это простое прикосновение поднимает меня все выше и выше всего за несколько секунд.
— Не могу насытиться тобой, — признаюсь я, целуя ее в челюсть, а затем посасывая чувствительный участок кожи под ее ухом.
— Еще, — умоляет она, заставляя мой член подрагивать в ее руках.
Я едва не вскрикиваю от разочарования, когда она убирает руку, но, когда кончики ее теплых пальцев касаются кожи чуть выше пояса, я едва не всхлипываю от облегчения.
Проталкивая ее руку в свои боксеры, я снова нахожу ее губы, давая ей понять, как сильно она мне нужна.
Ее нежные пальцы обхватывают мой член, и она гладит меня, пока не срабатывает таймер на духовке.
— Спасен звонком, — поддразнивает она, прежде чем освободить руку.
— Черт. Иви, — простонал я, опуская голову ей на плечо. Втягивая в себя воздух, я заставляю свое сердцебиение замедлиться, а желание — перестать пульсировать в моем теле, как лава.
— Я думала, ты хочешь накормить меня, — невинно говорит она, глядя на меня сквозь ресницы.
Опустив губы к ее уху, я покусываю ее кожу, а затем рычу: — Я дам тебе что-нибудь пососать.
— Алекс, — полустонет, полусмеется она.
— Ты знаешь, что хочешь этого. — Мой голос глубокий и грубый, в нем чувствуется потребность, но также и веселье.
Ее щеки пылают, а язык пробирается к губам, чтобы облизать их.
Отступив от нее, я тянусь к духовке и выключаю непрекращающийся звонок, прежде чем открыть дверцу.
Меня обдает теплом, а воздух наполняется ароматом свежеиспеченной выпечки.
— О Боже! — восклицает Иви, когда я поворачиваюсь к ней с перчатками для духовки на руках и дымящимся противнем с круассанами в них.
— Я только что стал еще более горячим, верно? — поддразниваю я, подходя и откладывая их в сторону.
— Они выглядят безумно. Я умираю с голоду.
— Поверь мне, когда я говорю, что знаю, как позаботиться о своей девочке.
— Да? — спрашивает она, когда я опускаю перед ней тарелку и кладу на нее круассан.
— Да, — уверенно заявляю я. — Свежая выпечка, моя выдающаяся личность и член в придачу. Что еще нужно женщине?
Она фыркает, пытаясь сдержать смех. Но один взгляд на мое серьезное лицо — и она теряет дар речи.
— Ты ведь даже не шутишь, не так ли? — ей все-таки удается вымолвить между приступами смеха.
— Зачем мне шутить, если это правда?
— Черт возьми, ты действительно нечто.
— Да, — соглашаюсь я, идя позади нее и проводя пальцами по ее рукам, отчего по ним пробегают мурашки. — И мне кажется, тебе это нечто нравится. Она вздрагивает, когда мое дыхание пробегает по ее шее.
— Может быть. А может, я планирую свой следующий большой побег.
Я замираю, моя горячая кровь в доли секунды превращается в лед.
— Ты очень, очень не хочешь этого делать, Иви, — предупреждаю я, мой голос внезапно становится темным и призрачным.
Она замирает, услышав серьезность в моем тоне.
Отпустив ее, я выдвигаю табуретку и опускаюсь на нее задницей.
— Пожалуйста, — говорю я мягче. — Не уходи никуда, если меня не будет с тобой.
Ее глаза сужаются, ища мой взгляд.
— Пожалуйста, — добавляю я снова, отчаянно желая услышать, как она произносит эти слова.
С моей стороны нереально думать, что мы сможем запереться здесь и ждать, пока ребята все починят.
Есть все шансы, что все произойдет не так быстро, и как бы мне ни хотелось запереться здесь с одной лишь Иви в качестве компании, у нас обоих есть жизнь. Мне еще нужно сдать пару экзаменов, а она… Ну, я понятия не имею. Она не собирается возвращаться на работу, это, само собой разумеется. Но она захочет увидеться с братом и сестрой, а может, и с другими. Я не знаю.
Как она сказала всего несколько минут назад, мы не знаем друг друга по-настоящему.
