Все внутри протестовало против этого, но я сделала, как он того хотел, опускаясь на локти и выгибаясь. Почувствовала, как мужчина приспустил мои трусики вниз по ногам, и ощутила, как румянец окрасил мои щеки от стыда за следы на крошечной шелковой ткани, которые отчетливо сообщали о моем желании большего. Мужчина накрыл мой лобок ладонью и провел ею, смазывая палец, а затем входя ним внутрь меня и тут же выходя.
— Очень плохая, — заметил он, продолжая свои движения.
Да, я именно такая, на задворках сознания пронеслась мысль, пока я двигала попой навстречу его настойчивым пальцам, а в следующее мгновение все изменилось, пальцы исчезли, принося с собой недоумение и неудовлетворение, я услышала шорох и, не успев придать ему значения, почувствовала боль, обрушившуюся на спину. Слезы выступили на глазах, и я пискнула в ответ сбивчиво:
— Неправда, хорошая. Очень хорошая.
— Нет, — ответил он, снова беспрепятственно входя в меня пальцем и делая круговые движения.
— Неправда, — пытаясь скрыть гортанный стон, ответила.
Боль смешалась с желанием тела о разрядке, я пыталась это скрыть, но сама себя предавала. А мужчина, прижимаясь к моей болезненной коже спины, прошептал на ухо:
— Тогда почему вся течешь?
Я проснулась вся в поту, не сразу понимая, что сон, а что реальность, чувствуя влажность трусиков и ощущая настойчивое желание тела, просящего о разрядке. Посмотрела на мирно спящего Бена, повернувшегося ко мне лицом, и скривилась, чувствуя себя неправильно за этот сон. Ведь в нем был не Бен, а другой мужчина, которого я даже не знаю. Я тихо выбралась из кровати, смотря на время и отмечая, что еще слишком рано, чтобы вставать на работу, и поплелась в ванную, где сначала думала смыть с себя чужие прикосновения и странный сон, но все во мне протестовало этому, а набухший клитор просил, чтобы я закончила. И я сдалась, вставая под горячие струи воды и опуская свою руку между ног, закрывая глаза и представляя… поначалу Бена, но его образ надолго не задержался перед глазами, так как его сменил пронзительный взгляд мужчины из сна.
Теперь не мои пальцы во мне, а его член, большой и мощный, теперь не я управляю рукой, а видение управляет мной, я остро кончаю от увиденного, плывя в невесомости, начиная свое падение.
Утром я не могла найти себе место, чувствуя себя ужасно. Я не хотела так поступать и все же делала. Этот мужчина — незнакомец из клуба, действовал на меня даже на расстоянии, я не могла себе это объяснить, не могла понять саму себя, потому боролась со своими чувствами, как могла. Сначала долго смывая с себя воспоминания и свою реакцию на происходящее в ванной, потом тихонько собираясь на работу, чтобы не разбудить раньше времени жениха. Мне было стыдно перед ним и неудобно, ведь я, по сути, ему изменила, и ладно бы, если только во сне, так и наяву продолжила. В душе надеялась, что вечером все уляжется, я забуду сон и мужчину, а Бен просто ничего не поймет.
Выходя из спальни, я еще раз бросила взгляд на мирно сопящего жениха, он даже и не догадывался о моих внутренних стенаниях, спокойно спя, а я… Я чувствовала потребность сбежать на работу, чтобы не видеть его глаза этим утром, но, посмотрев на время, поняла, что еще слишком рано уходить. Поэтому, сделав себе кофе, решила хоть чем-то заняться, быть может, поискать в интернете значение и толкование снов, хоть и понимала, как бесполезна эта затея, но все же, мне нужно было как-то объяснить этот странный сон и мое внутреннее замешательство, но результаты поисков оказались неудачными, ни одно толкование не подходило.
Это либо "Темная ночь" на меня так повлияла, либо мужчина — глаза, которого прочно въелись в память, отпечатавшись в сознании. Он как будто оставил на мне свой слепок и теперь проникал в мою душу, отравляя.
Услышав шаги за спиной, я обернулась и встретилась взглядом с Беном. Он улыбнулся мне и, подойдя ближе, заглянул в монитор, хмыкнув.
— Толкования снов? Думал, ты не веришь в такое.
— Я и не верю, так, стало интересно, — ответила, закрывая крышку ноутбука.
Таким образом, отрезая дальнейшие расспросы на эту тему, но Бен все же спросил то, чего я так боялась.
— Снился плохой сон? Ты ворочалась, — заметил он.
— Нет, — ответила, обмирая.
Если бы он только знал, от чего я ворочалась, но продолжила как можно более ровным голосом, — все нормально, пойду-ка я на работу.
— Не слишком ли рано?
— Нет, Дэвис просил выйти пораньше, — вставая со стула, ответила я.
— Надеюсь, отпустит он тебя так же.
— И я надеюсь, хорошего дня, — пожелала ему, а затем, прикоснувшись к его губам легким, практически невесомым поцелуем, вышла из комнаты, беря по дороге сумочку и выходя из квартиры.
Неправильно так его обманывать, но я хотела сбежать, на меня давила ночь. Мне нужно было придти в себя, ведь Бен мог что-то заметить, понять, что мне снилось.
