— Не отвлекайся, Лисичка. — Прежде чем я успеваю понять, что происходит, он убирает телефон в карман и снова обхватывает пальцами мое бедро. — Теперь потанцуй со мной, воровка. Больше не сдерживай себя. Я точно знаю, на что ты способна.
Его хватка сжимается до жжения, давая мне понять, что после этого на моем теле еще несколько дней будут красоваться улики, а затем его бедра покачиваются в такт музыке, и у меня начинает кружиться голова.
Святое дерьмо.
Адреналин и желание сталкиваются в огненной буре внутри меня, оставляя меня бессильной, кроме как двигаться вместе с ним.
— Видишь, это было не так уж и сложно, правда?
— Зачем ты это делаешь? — спрашиваю я, поворачиваясь, чтобы наконец посмотреть на него.
У меня перехватывает дыхание, когда его темные, расширенные зрачки встречаются с моими.
— Потому что я могу, — загадочно отвечает он. — И я еще никогда не прилагал столько усилий, чтобы просто поговорить.
Отпустив одно из моих бедер, он запускает пальцы в мои волосы, отводя мою голову в сторону, чтобы обнажить шею.
Я резко втягиваю воздух, когда жар его губ касается чувствительной кожи под моим ухом.
— Ты даже не представляешь, насколько ты опасна, не так ли, воровка?
Если он ожидает ответа, то его ждет горькое разочарование, потому что мое тело в этот момент испытывает короткое замыкание до такой степени, что я, кажется, забыла, как говорить.
Он осыпает поцелуями мою кожу, а затем проводит языком по шее, пробуя меня на вкус.
Мое сердце колотится с такой силой, что он никак не может этого не почувствовать, пока не присасывается ко мне так сильно, что из моего горла вырывается крик.
Подняв руку, я запустила пальцы в его волосы, но не уверена, хочу ли я попытаться оттащить его от себя или удержать на месте.
Все в этом человеке сбивает меня с толку.
Я постоянно воюю с собой, даже спустя несколько недель после последней встречи с ним. И я боюсь, что сейчас это только подстегнет мою одержимость.
Я уже стала зависемой от его фотографий в Интернете, и это не облегчит ситуацию.
Рука, которая все еще лежит на моем бедре, начинает скользить вверх, пока мы продолжаем танцевать, почти как будто мы одно целое.
Он мучительно медленно скользит по моему животу, останавливаясь на ребрах.
Моя грудь болит, отчаянно нуждаясь в его прикосновениях, а его эрекция продолжает тереться о мою задницу.
Воспоминания о том, как я стояла на коленях с его членом между губами, наводняют мою голову, а рот наполняется слюной.
Его рука дергается, дразня меня тем, что мне нужно, его большой палец едва касается нижней части моей груди.
— Пожалуйста, — умоляю я, не в силах удержать слово внутри.
— Что тебе нужно, воровка? — спрашивает он, прижимаясь губами к моему уху.
— Пожалуйста, мне н-нужно…
— Почему я должен давать тебе больше, чем уже дал? — спрашивает он, его хриплый голос сводит меня с ума.
— П… потому что… — Я закрываю глаза, набираясь смелости девушки, которая сидит за экраном и говорит всякие грязные вещи мужчинам на другом конце. — Потому что ты хочешь этого так же сильно, как и я.
— Чертовски верно, хочу, — ворчит он, наконец поднимая руку и сжимая мою грудь самым восхитительным образом.
Он грубый. Это граничит с болью, но это так чертовски хорошо.
— Да, — я откидываю голову назад к его плечу, бесстыдно, безмолвно умоляя о большем.
— Посмотри на себя, — стонет он. — Такая грязная маленькая шлюшка.
— Вот дерьмо, — задыхаюсь я, когда обжигающий жар его руки проникает под полоску ткани, прикрывающую мою грудь.
Он щиплет мой сосок, посылая электрические разряды прямо к моему клитору.
Я закрываю глаза, сосредоточившись на том, что он делает со мной.
Все причины, по которым я не должна позволять этому случиться, превращаются в ничто.
Хорошая девочка, которой я всегда была, исчезает в пользу женщины, которую я изо всех сил пытаюсь принять.
— Лисичка, — стонет он, отпуская мои волосы, чтобы его вторая рука могла присоединиться к веселью.
Я дрожу от потребности, когда его грубая ладонь скользит по моей второй груди, а когда он щиплет оба соска, клянусь, я чуть не сгораю прямо там, посреди танцпола.
— Ты даже не представляешь, сколько людей наблюдают за тобой прямо сейчас, не так ли?
Его слова должны быть достаточной причиной, чтобы остановиться или заставить меня открыть глаза и выяснить все самой. Но я этого не делаю. Не могу.
— Но тебе ведь все равно, верно? Тебе нравится, когда за тобой наблюдают. Это возбуждает тебя, не так ли?
— Алекс, — стону я, не понимая, что его имя срывается с моих губ, пока он не затихает.
— Ты знаешь, кто я.
— Пожалуйста, еще, — стону я, как развратная шлюха.
— Хочешь, чтобы я заставил тебя кончить, воровка? Прямо здесь, посреди VIP-секции, когда все смотрят на тебя?
Я не отвечаю — во всяком случае, не словами.
Я сильнее вращаю бедрами, прижимаясь к нему спиной, а моя рука движется к нему сзади, чтобы схватить его за задницу.
— Черт, — ворчит он. — Что ты со мной делаешь?
АЛЕКС
Не в силах остановиться, моя рука скользит по ее животу. Моя потребность узнать, насколько она мокрая для меня, слишком велика, чтобы отрицать ее.
