— За стеной может быть что угодно… — задумчиво пробормотал я, — А значит, коридор обрабатывать каваром бессмысленно. Хотя, он же и так экранирует магию, да?
— Да, я влил её много в эти стены, — тут же нашел повод для хвастовства ящер, — С вашей, человеческой точки зрения, много.
Наконец, «дверь» исчезла, и я увидел легендарную сокровищницу легендарного крылатого ящера. Это было настолько потрясающее, захватывающее дух зрелище, что я тут же ощутил острую необходимость стать рыцарем на белом коне, чтобы проткнуть копьем крылатую мракобесину, попросту… скидывавшего всё на землю. Вообще всё. Золотые украшения, древнее бронзовое оружие, бесценные статуи и скульптуры лежали вперемешку с книгами, таблицами, картинами и иконами…
Козлы, извините за то, что сравнивал вас с этим животным. Лорд Эмберхарт, простите, что упоминал ваши достижения перед этой свиньей.
— Это одна из моих малых сокровищниц, — тем временем говорил надувшийся от гордости дракон, усиливая свет от шариков сверху, — Видел бы ты главную. Там повсюду бродят даймоны из гримуаров. Раньше было веселее, они постоянно умоляли меня дать им свободу, а теперь они молчат и, кажется, слегка безумны. Думаю, продержать их еще лет сто, а потом раздать эти книжонки…
— «Кейн, я хочу убить эту мерзкую тварь», — раздалось в моей голове, — «Фелиция тоже».
— «Значит, нас уже трое», — мрачно подумал я в ответ.
— «У меня есть идея. Тебе понравится»
— Ага, вот оно! — пока я общался с внутренними демонами хозяин этой барахолки выкопал в одной из куч нечто, торжественно подняв над головой.
Выглядело это нечто как здоровенное копье, с наконечником, угадать происхождение которого для меня не составило труда.
— Аркхавн! — гордо проговорил Акстамелех, — Прародитель хавнов! Славяне сделали нечто подобное, назвав ужасным словом «рогьатьина», но вот он, настоящий убийца чудовищ!
Копье-хавн было огромным, почти неподъёмным на вид. Даже для здоровенного как шкаф дракона оно казалось чересчур большим, а его острие, повторяющее ужасное лезвие распространенного кинжала, превосходило хавн раза в три. К тому же, Акстамелех, что-то провернув в рукояти, заставил древнее оружие зловеще лязгнуть, выкидывая из широченного острия добавочные шипы весьма серьезного вида.
— Жаль не ко времени, — посетовал двухметровый детина, продолжая размахивать огромным дрыном, — Я бы унес эту вещь в сокровищницу оружия. Расплавится же от моего дыхания.
— Дай мне, — протянул я руку, — Оставлю в мэрии или в твоем городском особняке, потом заберешь.
В принципе, потребовав у дракона сокровище, я тем самым сыграл с огнем, но совсем не в том смысле, какой предполагался. Поняв, что мы приехали на мобиле, а у того огромный багажник, эта гнусная тварь, пихнув мне в руки тяжеленное оружие, принялась метаться между гор бесценного хлама, выбирая то, что хотела бы сохранить.
Я закатил глаза.
Иногда даже простая палка может сотворить чудеса. Или не очень простая, а представляющая из себя огромную историческую ценность палка, которую, взяв поносить, ты несешь в чужой дом, который с барского плеча теперь считается твоим. Временно, конечно, и с условием не выпить ни грамма из потайного бара в курительной на третьем этаже, но, кроме содержимого этого самого бара, для дракона по имени Акстамелех в самом особняке ничто не представляет ценности.
Ну да, теперь еще и аркхавн, как и содержимое багажника мобиля, который разбирают немногочисленные оставшиеся слуги, занося этот хлам в дом, пока я наблюдаю за ними из окна кабинета.
— Я не хочу этим заниматься… — донеслось угрюмое из-за моей спины.
— Есть такое слово — «надо», — отреагировал я, — Мне нужны оперативные счета Хайтауэра. Далеко не все из них были оформлены на его имя. Ищи и обрящь, ленивый даймон.
Фелиция, горестно вздохнув, аккуратно ударилась лбом о лежащие перед ней бумаги.
— У тебя не так много времени, — решил я подбодрить труженицу, — Сутки или двое. Потом сама знаешь, что начнется.
Переезжать из особняка у меня в планах изначально не было. Чудесатые чудеса, что вытворялись вокруг, стоило мне лишь задержаться, никоим образом мне лично не вредили, а на имущество Акстамелеха было плевать. Кроме того, жизнь повернулась таким образом, что я должен был оставаться на одном и том же месте, чтобы меня могли найти.
Не успел я допить кофе, как запыхавшийся молодой человек, постучавшись в двери кабинета, доложил, что ко мне пришли. Именно ко мне. Нагло, даже слишком, но в данный момент никаких дел у меня не было, так что я пошёл на поводу у любопытства и приказал впустить визитёра.
Не пожалел.
На пороге моего нового (которого уже за эту жизнь) дома стоял сам Лариненов-Азов Константин Георгиевич своей собственной невысокой, уставшей и запылившейся персоной, а рядом с ним терлась такая же потрепанная Зеленка в плаще с капюшоном, натянутым по самый подбородок.
— Здорова, — выдавил мой лучший друг, плечом отпихивая в сторону замешкавшегося слугу, — Кейн, дай пожрать, а? А еще бы ванна и постель не помешали бы.
