— Зачем? — В голосе ее сразу зазвучало любопытство.
— Потому что я прошу вас об этом.
— Ох! Ну и настырный же вы!
— Отбросим в данном случае личные качества. Дело жизненно важное. Понимаете значение этого слова? Пола, вы должны! Вернитесь к их прежним отношениям — к их неутомимой вражде с самого детства, к тому, как они ненавидят друг друга, как смерть родителей еще более оттолкнула их. Подбросьте побольше сочных эпитетов. Держите их в постоянной драке!
— Но почему вы хотите разлучить этих двух несчастных запутавшихся детей? — медленно спросила Пола.
— Потому что, — ответил Эллери, — они любят друг друга.
— Блестящая логика! Или вы противник браков, явившийся со своей миссией в этот грешный мир? Держать их врозь, потому что они любят друг друга! Зачем?
— Потому что для них, — мрачно заявил Эллери, — любить друг друга очень и очень опасно.
— О! — Помолчав, Пола с чувством добавила: — Разве только для них? — и повесила трубку.
Эллери, Сэм Викс и Лу Бэском завтракали в пятницу утром в кафе у снабженцев компании «Магна», когда вошел Алан Кларк, уселся рядом с ними на табурет и потребовал у пожилой официантки за прилавком:
— Кофе, красотка!
— О, Алан!
— Я здесь. Чего тебе надо?
— Меня просто интересует, — сказал Эллери, — каков теперь мой официальный статус в студии?
— Статус? — удивился агент. — Что ты имеешь в виду? Ты же числишься в платежной ведомости, разве не так?
— У его совести очередной приступ, — усмехнулся Лу. — Никогда в жизни не видел такого добродетельного парня! Как та маленькая стенографисточка, с которой у меня было свидание вчера вечером. Я говорю ей…
— Я понимаю, — возразил Эллери. — Но меня наняли для работы над картиной о Ройлах и Стьюартах, а никакой картины больше нет!
— Ах, какое несчастье! — сказал Кларк, сокрушенно качая головой над чашкой кофе. — Мое сердце разрывается на части от жалости!
— Но все же, что я должен делать, Алан? Ведь я получаю, как-никак, пятнадцать сотен в неделю!
Трое мужчин одновременно сочувственно покачали головами.
— Он получает пятнадцать сотен в неделю! — сокрушенно произнес Сэм Викс. — Вот что я называю вопиющим позором!
— Послушай, Квин, — вздохнул агент. — Разве твоя вина, что Ройл и Блайт Стьюарт отправились к праотцам?
— Не вижу, как одно связано с другим?
— Да ты на чьей стороне, в конце концов, — труда или капитала? — осведомился Лу. — У нас, эксплуатируемых писателей, тоже есть определенные права!
— Твой контракт, .позволю заметить, — скромно сказал Кларк, — был составлен не просто так. У тебя здесь есть твой верный старый Алан, который постоянно печется о твоих интересах. Ты подписал контракт на работу над фильмом о Ройлах и Стьюартах, однако в этом бессмертном документе ни слова нет об убийствах.
— В тот-то и дело: фильм никогда не будет снят. Бутч объявил о его исключении из плана студии только сегодня утром.
— Ну и что? В твоем контракте есть пункт о восьминедельной гарантии. Поэтому, будет ли фильм, или не будет фильма, но ты останешься здесь, пока не получишь жалование за восемь недель. Или, грубо говоря, пока не положишь на свой счет двенадцать тысяч долларов.
— Так нечестно, — промямлил Эллери.
— Но такова жизнь, — возразил Кларк, вставая со стула. — Ну, теперь выбрось все это из головы. Стыдиться получать жалование! Слышал ли кто-нибудь о подобном?
— Но как же я смогу получать деньги, ничего не делая? Не могу же я просто сидеть здесь…
— Он не может просто сидеть здесь! — возмутился Лу. — Послушай, стыдливая кокетка, да я сижу здесь за куда меньшую сумму, чем пятнадцать тысяч долларов в неделю!
— И я тоже, — подхватил специалист по рекламе.
— Оправдай свое жалование сыскной деятельностью, — предложил Кларк. — Ведь ты же детектив, не так ли?
— Мне бы хоть немного пощипать от твоей капусты, — пробормотал Лу в стакан со смесью томатного сока с сырым яйцом. — Кроме шуток, Квин — как насчет пары сотен до пятницы?
— Ну, я больше ничем не могу быть полезен, — заторопился агент. — Надо бежать поругаться с продюсером: он буквально без ножа режет одного из лучших моих клиентов!
— Всего лишь до следующей пятницы, — повторил Лу, когда Кларк ушел.
— Если вы позволите этому пирату заморочить вам голову, — проворчал Сэм Викс, — то будете большим дураком, чем пытаетесь казаться. До следующей пятницы! А что случилось с нынешней пятницей? Ведь ты сегодня получил жалованье, ты, толстый проходимец!
— Кто тебя просил соваться? — вспылил Лу. — Ты же знаешь, что я коплю деньги на старость. Собираюсь завести цыплячью ферму.
— Ты имеешь в виду цыплят, что кудахчут «Папочка»? — осклабился Викс. — Он копит деньги на старость! Да ты никогда не доживешь до старости! Если, конечно, у тебя не хромированный желудок.
— Как бы то ни было, я первый познакомился с ним!
— А вот это, — сказал специалист по рекламе, — была большая неудача… для него! Ладно, я пошел. Я работаю за мое скудное содержание.
