— Твои платья будут нынче слишком старомодны, — добавила королева, — даже если моль не съела их. И ты же не хочешь застрять в прошлом, — она положила руку на плечо Авроры. — Лучше всего бороться и меняться, — сказала она, понизив голос, — и принять. Забудь всё, что знала прежде. Твоё место рядом с нами, Аврора.
Рут и королева ушли, Бэтси наполнила железную ванну горячей водой, и Аврора погрузилась в неё, чувствуя, как краснеет кожа. Бетси смыла пыль с её волос, пальцы девочки казались нежными, и начала болтать, сначала тихо, потом громче и увереннее, какая честь для неё работать с Авророй. Аврора не слушала. Она лишь смотрела на дрова в камине, на самом деле не видя его.
— Ты не можешь оставить меня? — тихо сказала она, как только волосы были высушены, и она завернулась в халат. — Мне нужно немного побыть одной.
Бетси закусила губу, но не протестовала.
— Конечно, принцесса.
Когда служанка ушла, Аврора осталась наедине с пустотой в груди, которая постепенно превращалась в слезы. Её разрывало, сжимало, и Аврора опустилась на стул, пытаясь не разрыдаться. Ничто не было столь реальным, чтобы плакать.
Она тут. Она тут и не может вернуться.
Камин казался безучастным. Часы тикали на стене. Но Аврора не плакала.
Глава 3
Родители Авроры смотрели со страниц. На картинах борода отца была слишком густая, мать слишком высока, но они стояли там, мысли были вписаны на страницы книги, и никто не мог коснуться их. Она провела пальцем по картине, ощущая кожей толстый слой краски.
Аврора отыскала книгу на книжной полке. Сказка о Спящей Красавице. Углы были испорчены, листы истёрты, словно посетители замка читали её снова и снова на протяжении многих лет. Каждая страница сопровождалась иллюстрацией, копией гобелена, что она видела несколько часов назад на стенах башни. И слова… Аврора глотала их лихорадочно, пробегала взглядом взад и вперёд по предложениям, словно они пропали бы, оставшись незамеченными.
Книга с историей Авроры рассказывала о могущественных ведьмах, существовавших на протяжении веков, но никто не был столь страшен, как Селестина. Когда она думала, что она ущемлена, когда она считала себя обманутой или просто решала, что королевская радость слишком велика, ведьма атаковала. Она уничтожила посевы и наслала чуму, убившую людей без причины и шанса на выздоровление. Она околдовала людей, и те совершали ужасные поступки, обманывали иностранных союзников, оскорбляли, как никогда прежде. Некоторые даже считали, что она уничтожала магию Алиссайнии, чтобы никто кроме неё не мог наслаждаться властью. Но наивные и отчаянные всё ещё шли к её башне и просили решить их проблемы. Она предлагала им всё, а после смеялась, когда их мечты превращались в кошмары — то, что они просили, преобразовывалось так, как они не могли себе представить.
Селестина видела себя королевой. И то, что её не пригласили праздновать день рождения Авроры — было страшным преступлением.