Донна стояла ни жива, ни мертва. Не смотря слабые попытки Адама рыкнуть, один из волков приближался к бедной кузине. Взмах лапы отбросил Адама в сугроб.
Донна закрыла глаза, как бы принимая неизбежное. Я же, как и другие, ничего не могла сделать. Все, что происходило вокруг напоминало шахматную партию. Но даже такой мир был куда более приятен, чем резня. Герцог и Рион молчали, чтобы не усугублять. Я
понимала, что в любой момент стая броситься, и от нас ничего не останется. Погибнем все.
Волки -то были правы. Это мы - звери!
- Астр-р-рид! - пророкал голос Сигурда.
А я чуть не осела, вспоминая траурную брошь волчицы, которую она постоянно трогала на балу. Они с Вальборгом тогда потеряли волчонка. И это был траур по сыну или дочке.
Боже мой... Какой ужас.
Огромный розовый нос волчицы приблизился к Донне, жадно втягивая воздух вокруг бледной кузины. А потом он стал что-то вынюхивать в районе ее живота.
Внезапно Астрид села, подняла морду и завыла так горестно, что у меня мурашки побежали по телу. Словно плач по оголенным нервам. Как же страшно их горе! У меня слезы навернулись на глаза, когда я слышала этот жуткий вой - плач. Плач матери по ребенку.
- Ее я заберу! - произнес Сигурд.
- Ее? - спросила няня, обернувшись в человека.
- Девочка, - произнес альфа, вздыхая. - Волчонок будет расти в стае! В моем дворце. Не здесь.
- Оставь его матери, - взмолилась няня.
- Чтобы он вырос таким, как его горе- отец? - спросил Сигурд, презрительно сощурив глаза на ползущего обратно к Донне Адама. – Нет. Не поставил метку на истинную, оставляя на ней свой запах. А если бы другие волки учуяли ее? Ты же знаешь, что с ней могло случиться? Не мне рассказывать, Бывшая Луна. Это девушка оказалась предназначенной волку. Следовательно, она может принести потомство и выжить. Сколько молодых волков захочет этим воспользоваться? И не важно, чья она истинная. Ребенка можно родить и без признания. Дальше... Бросил ее беременной. Если память мне не изменяет, а лес слышит, то обвинил ее в воровстве, заклеймил воровкой и выбросил на улицу, как шавку!
У стаи свои законы. Это то самое преступление, за которое он заслуживает смерти.
Альфа был очень зол. Это почти физически чувствовалось. Он прошелся, пытаясь погасить свою злость.
-А вы, дорогой герцог пытались спрятать бывшего друга от меня. Покрыть его преступление! - рыкнул Сигурд.
- Я посчитал, что я сам накажу его, - ледяным голосом произнес герцог.
- Он – оборотень. Одиночка! Мне не нужны бесстайные одиночки. Адам отказался принять стаю. И этим подписал себе приговор! - рыкнул альфа, а я покосилась на Тесс.
Сестра увлеченно чесала черного волка, при этом слушая наш разговор, открыв рот.
- Я не хочу, чтобы стай несла ответственность за их преступления. Людям плевать, кто убил. На нас не написаны имена. А неприятности потом у стаи. Зачем оно мне?
Это вы набираете оборотней - каторжников, которые будоражат леса! – рыкнул Сигурд. И
посмотрел на меня в упор. - Да, мисс Эрцилия?
- Я ничего не знала про волчат. Ничего не знаю про оборотней среди каторжан. И мне очень жаль, что так случилось, - произнесла я, проглатывая в горле ком слез. - Прошу вас, отпустите няню. Я согласна на любые ваши условия, только не убивайте никого!
- Странно, ты не врешь. Я чувствую запах печали. Ты опечалена тем, что случилось, -
медленно произнес Сигурд, подходя ближе и потягивая воздух вокруг меня. - Тебе больно.
Астрид мгновенно повернула голову в мою сторону. Сигурд фыркнул, находясь в замешательстве.
- Но я своими ушами слышал ваш разговор с матерью, - произнес Сигурд, сомневаясь.
- Альфа, она потеряла память... Когда ты принес ее мне, она даже не помнила, как ее зовут Бедняжка не помнила ни меня, ни сестру, ни отца. И все время спрашивала, а кто это?
- Это много чего объясняет - расслабился немного Сигурд. - Герцог можете смотреть на свою _. кто она вам сейчас там... нормальным взглядом, - усмехнулся он. - Однако. Волчат это не вернет. А вы, дорогие Шепарды, живете себе так, словно вас это не касается. Что происходит у вас на лесопилках? Кто там работает? Для вас главное - деньги, нажива, состояние. Этим мы отличаемся. Для меня главное стая. И ее нужно пополнить. Эрцилия, как и Донна идут со мной.
- Нет - встрепенулась няня. - Она же не истинная... Зачем ты берешь ее в жены.
Она же умрет при первых родах, как и твоя мама! Пощади!
Вот значит, о какой участи он говорил мне во время танца на балу и тогда в лесу.
Если бы я согласилась, мне бы год от силы остался. Или девять месяцев. А сейчас я согласна на все, чтобы сохранить жизнь дорогих мне людей.
- Я сказал свое слово, - твердо произнес альфа.
- Обмен! Я предлагаю обмен! - закричала няня. - Их жизни за свою! Пусть бывшая Луна, но что-то стоит!
- Не надо! - закричала я, бросаясь к няне. - Нянечка, не надо, прошу тебя!
Я смотрела на Сигруда с надеждой, что он передумает. Но при этом я понимала, что вряд ли. Холодный огонь в его глазах обжигал меня.
- Я согласна Я на все согласна, только не надо трогать няню и Донну! - выпалила я.
