— Проваливай, — хрипло добавил Георг, когда не дождался от чародея ни оправданий, ни объяснений. — Может, у меня и был жемчуг, может, я и продал его втридорога, тому, кто попросил. А может, у меня его никогда не было. Кто знает?
Вампир криво ухмыльнулся, и Майра заметила, что левый его клык на четверть сколот.
— Не шути со мной, — процедил Орфей, глядя на него сверху вниз, но вампир пожал плечами, поднося стакан к свету, чтобы проверить разводы.
Только теперь Майра заметила за его спиной череду бутылок — стеклянные сосуды, похожие на амфоры, до горлышка наполненные кровью. Каждый — с золотой биркой и запечатан воском, но была и парочка открытых.
— Даже не пытался. Если ты пополнишь список пропавших магов, я открою бутылочку, припрятанную для особого случая, и отпраздную. Закачу вечеринку и приглашу всех, кто тебя терпеть не может.
— Длинный список гостей будет, — Орфей хмыкнул, изучая собственные ногти. — Не забудь позвать моих родителей.
— В первую очередь, — буркнул вампир, отшвыривая от себя стакан. Тот покатился по лакированному дереву и остановился, будто наткнулся на невидимую преграду.
А затем Георг выдохнул, скрещивая руки на груди. Взгляд его потяжелел, и Майра подумала, что ни за что бы не хотела оказаться той, на кого этот взгляд направлен.
— Знаешь, ты мне не нравишься. Никогда не нравился.
— Это взаимно, — уголки губ Орфея приподнялись в намеке на улыбку. — Когда ты еще не был вампиром, ты жутко раздражал. А когда стал им, начал бесить в два раза сильнее. Это особенность нежити?
Но его шутка не смягчила ситуацию, напротив, Георг весь напрягся — вздулись мышцы на руках, когда он схватился за край стойки в попытке удержаться от необдуманных решений.
— Ублюдок. Пасифая была от тебя без ума — “Орфей то, Орфей это”, и я не мог ей возразить. Она была так увлечена тобой, что это граничило с помешательством. Но я-то вижу ее, эту гниль в тебе, меня не обманешь. Ее все больше, но что будет, когда она поглотит тебя целиком?
Орфей зло прищурился, сжимая руки в кулаки.
— Не приплетай сюда Пасифаю. Если ты не смог ее завоевать, я тут ни при чем. У нас были равные шансы.
— Равные шансы? — Георг расхохотался, запрокидывая голову, но этот смех — горький и отчаянный — резанул слух. Майра облизнула пересохшие губы, переводя взгляд с одного мужчины на другого. Атмосфера накалялась, напряжение с каждой минутой становилось таким плотным, что его можно было резать ножом, как именинный пирог.
— Это ты виноват, что я теперь не могу видеть солнце и питаюсь кровью! Это твоя вина! И пока я умирал, раз за разом, ты украл единственную женщину, которую я любил!
— Разве нежить может любить? — Орфей издал презрительный смешок, пожимая плечами. — Вот это новости.
Майра затаила дыхание, ожидая развязки. И она наступила.
Георг с рыком перемахнул через барную стойку, но тут же его отбросило назад.
Зазвенели амфоры, зеркальная плитка за баром покрылась тонкой сеткой трещин там, где в него врезался вампир. Но этого было мало для того, чтобы погасить ярость, что пылала в его мертвом сердце.
Орфей опустил руки, и на кончиках его пальцев погасли последние искры заклинания, которым он отправил вампира в полет.
— Я убью тебя, — пообещал Георг, поднимаясь на ноги. — Однажды я порву тебе горло и выпью тебя досуха. Поверь мне. Однажды!
— Как тебе угодно, — чародей хмыкнул, оглядывая бар в последний раз. — Ну, сладких снов. Ты же все спишь в гробу, верно?
Георг грязно выругался, утирая слюну, что пузырилась в уголках рта. Его трясло, мышцы бесконтрольно сокращались, будто вампир был марионеткой, которую кто-то неумело дергал за нити.
Орфей, насвистывая, двинулся к выходу, Майра поспешила за ним, боясь, что если отстанет, то станет добычей для бармена. Интересно, как бы он подписал амфору с ее кровью?
— Никаких вопросов, — оборвал ее Орфей, едва она открыла рот, чтобы спросить. В спину им неслись оскорбления — Георг не стеснялся в выражениях, проклиная Орфея со всей ненавистью, что цвела у него в сердце.
Майра фыркнула обиженно — тайн вокруг Орфея становилось все больше, а ответов не прибавлялось.
— Даже не собиралась. Не Столица, а мыльная опера.
Чародей остановился так резко, что Майра ткнулась лицом ему в спину.
— Что?…
Он медленно обернулся, глядя на Георга поверх ее плеча. Тот ухмылялся — зубасто и самодовольно, как будто точно знал, что какое-то из его слов вонзилось Орфею под лопатку, как стрела.
— Что, старый друг, ты теперь действительно путаешься с монстрами? Ещё и сюда притащил эту девку похвастаться?
Майра стиснула зубы, чтобы не ответить. Она сама не смогла бы защититься от вампира, если тот снова попытается напасть — на этот раз на нее, а Орфей… Встанет ли он на ее защиту?
Чародей даже не пошевелился, только переплел пальцы, шепча что-то себе под нос. Лицо Георга удивленно вытянулось, а потом преисполнилось чистейшего ужаса, когда он понял, что происходит.
— Су… — выдохнул Георг и рассыпался пылью.
— Вот и поговорили, — Орфей холодно улыбнулся, глядя на то, как легкий сквозняк из открытой двери разносит прах по бару. — Старый друг.