Грядет Тьма полностью

Дверь распахнулась. Джуд никогда раньше не обнажал Остроконечный Клинок, но теперь он не сомневался. Меч со скрежетом покинул ножны, вспышка силы пронеслась по комнате, словно внезапный ураганный ветер. Пятерых мужчин в дверях откинуло назад одной лишь этой силой.

Мгновение Джуд стоял неподвижно, пораженный чистой силой меча. Он слышал истории о мощи Остроконечного Клинка и раньше, но никогда ее не чувствовал. Меч казался почти что живым в его руках, вибрируя в его Даре, усиливая и фокусируя его, как коа.

Мужчины с трудом поднялись на ноги и бросились в комнату. Держа Остроконечный Клинок в руках, Джуд прыгнул им навстречу.

ОКНО РАСПОЛАГАЛОСЬ ВЫШЕ, чем Антон представлял в темноте. Когда его ступни ударились о грубую известняковую крышу, колени подогнулись.

Эша Джуда гремела в воздухе, придавливая Антона. Она проносилась над ним и была сильнее всего, что он когда-либо испытывал. Он лежал, потеряв ориентацию, в сердце шторма.

Разум кричал ему бежать, и он вскочил на ноги и побежал по крыше.

Где-то там был его брат. Если не с теми людьми, что ворвались в комнату, то он таился где-то на улице. В буре эши Джуда он чувствовал эшу брата, диссонирующую и пронзительную, словно звук бьющегося стекла. Безошибочно узнаваемую.

И он привел наемников, тех же, что побывали в квартире Антона. Но Антон сомневался, что его брат знал о Джуде. Парочка наемных мечников не могла сравниться с Даром, таким могучим, как у него.

Но снова же это был Илья. Антон давно понял, что не стоит недооценивать брата. Каким-то образом Антон всегда оказывался в его власти.

Антон спрыгнул на следующий уровень террасированных крыш, придерживаясь теней, пытаясь придумать план. Если он покинет «Тайный источник», то упустит лучший шанс выбраться из Паллас Атоса. Он мог вернуться, сделав круг, утром и встретиться с Ремзи и его командой – но кто мог сказать, что Илья не станет его там ждать с еще большим числом наемников?

Он отошел на другой конец крыши и спрыгнул в проход под ней. Значит, порт. Это единственный вариант. Он доберется туда и спрячется, пока «Черный Баклан» не поднимет паруса.

– Антон, – шипящий шепот заставил его остановиться на месте. Он повернулся и увидел Эфиру на вершине лестницы. Его наполнили удивление и облегчение.

– Эфира? – сказал он. – Ты… как ты нашла меня? Как ты выбралась из цитадели?

Ее глаза яростно сверкнули в лунном свете.

– А ты как?

Внутри зашевелилось чувство вины.

– Я знаю, что тебя выпустил Гектор Наварро, – сказала Эфира. – И я знаю, что он отправился за Беру. Скажи мне, где они.

– Я пытался ей помочь, – сказал Антон. – Клянусь. Мне… мне удалось отвлечь Наварро и дать Беру время сбежать. Она сбежала – она отправилась на железнодорожную станцию, чтобы уехать в Тель Амот. Но завязалась драка. Наварро сбежал. После этого я ничего не знаю.

Он ожидал увидеть на ее лице злость, панику, отвращение. Но ничего из этого не последовало. Ее лицо осунулось, Эфира перевела взгляд в сторону. Потом твердо кивнула.

– Он найдет ее, не так ли?

– Не знаю, – сказал Антон. – Это не важно. Эфира, нужно выбираться отсюда. Мой брат здесь. Он каким-то образом нашел меня. Он… – Он уставился на Эфиру, на ее сжатые челюсти и то, как она избегала его взгляда.

И тут он понял, что она так и не ответила на его вопрос.

– Как ты выбралась из цитадели, Эфира?

Нужно отдать ей должное, она не отвернулась.

– Это был единственный способ, – сказала она. – Единственный способ спасти Беру.

Конечно же. Конечно же, именно Эфира привела Илью сюда. Паника сжала его желудок, когда он услышал, как эша брата звучит все ближе.

– Я знаю, что ты не этого хотел. – В голосе Эфиры звучало больше эмоций, чем Антон когда-либо слышал. – Но мне кажется, что ты в нем ошибаешься. Мне кажется, он не такой, как ты думаешь.

– Он именно такой, каким я его считаю. А ты просто… ты…

Его горло сжалось, когда еще одна фигура появилась на вершине лестницы.

Илья.

Холодок пробежал по спине Антона при виде лица брата – туго натянутой светлой кожи, темных кругов под золотистыми глазами. Он посмотрел на Эфиру, все еще не веря, не желая верить, что она его предала.

– Ты так со мной и не попрощался, Антон, – сказал Илья наполненным печалью голосом, спускаясь к нему.

Эфира неуверенно переводила взгляд с одного на другого.

– Я думала, ты подождешь, пока я с ним поговорю.

– Я передумал, – отмахнулся Илья. Его золотистые глаза переключились на Антона. – Ты так же не попрощался со мной, когда ушел в первый раз. Когда сбежал посреди ночи. Бабушка и отец винили меня. Устроили мне худшие в моей жизни побои.

– Ну, они все поняли правильно. Я сбежал из-за тебя.

– Нет, это не так, – мягко сказал Илья. – Возможно, это тебе нужно было сказать себе тогда. Возможно, так было легче, считать, что все твои страхи связаны с жестоким, завистливым братом. Но это неправда, и в глубине души ты это знаешь.

Слова Ильи заставили его замереть на месте. Ему так хотелось сбежать и не оборачиваться. Но он не мог заставить себя сдвинуться.

Он сделал отрывистый вдох.

– Я сбежал, потому что ты собирался меня убить.