От этой мысли она почувствовала слабость в ногах и оперлась телом на перила. Годы неправильно прожитой жизни проносились перед ней. Она подумала, а может быть, он придет сюда, может быть, он всё еще тот юный мальчик, которого восхищают жирафы и он мечтает быть ветеринаром, чтобы лечить их? Она огляделась по сторонам. Никого. Начал накрапывать дождь. Она тихо прошептала, подняв лицо навстречу каплям:
– Как ты, сынок? Где ты? Еще один жираф ушел из жизни. Ты бы наверняка расстроился из-за этого.
Тишина, только капли набирающего силу дождя продолжали напоминать ей, что мир вокруг еще жив и не собирается умирать вместе с ее иллюзиями и мечтами. Прошло еще несколько минут одиночества. Она уже давно поняла, что не всесильна, что не сможет защитить от всего даже себя, не говоря уже о сыне. Сквозь сдерживаемые из последних сил всхлипы раздался бессильный материнский голос:
– А что делать?
А в ответ был лишь ветер, что дул с моря. Дул сильно, прерывисто, гнал серые облака, которым не было конца, они всё проносились и проносились над головами. И ветер этот был той нелегкой долей, что выпала людям. И он был прекрасен в стихии своей.
И женщина медленно пошла обратно в магазин, сунув руки в просторные карманы дождевика, в скверном настроении, надломленная и молчаливая. И всё это от смерти одного жирафа. В любом случае, вернувшись в магазин и встретив вторую продавщицу, эта женщина скажет насчет своего хмурого лица:
– Сегодня был дождь, и я промокла.
Хотя она всю жизнь ходила без зонтика, хотя она сама не стала надевать капюшон своего плаща.
Дорога обратно была как в тумане. Подходя к своему магазину цветов, женщина заметила фигуру, стоявшую у входа под зонтом. Всё ее тело будто дернуло током. Неужели это Он? Женщина почти вприпрыжку пошла к магазину. Это, это, это… Он. Она остановилась. Ошибки быть не могло. Видимо, Он ждет её. Женщина вздохнула и медленно подошла к фигуре под зонтом. Походка ее резко изменилась: ноги еле поднимались, шаги стали короче, страх заставил биться её сердце часто. Он стоял в промокших от косого дождя брюках и смотрел на подошедшую женщину сверху вниз. Она остановилась в метре от него, держа дистанцию и не зная, чего ожидать. Он скорбно сказал:
– Мама, еще один жираф умер.
– Я знаю, сын.
– Как же так?
Женщина стояла и молчала. Знала, что нельзя так. Какая мать не успокоит дитя в час грозы?
Дождь шёл, а она так и не отвечала. Мимо проехало уже два десятка машин. С зеленым светом на перекрестке поехал и третий десяток. Он достал из кармана пиджака бумажку и протянул ей. Её блеклые глаза мельком взглянули на кусок бумаги и вновь уперлись в его лицо. Она не глядя взяла листок, не касаясь его пальцев. Он сглотнул и пошёл по улице прочь. Его отражение стремительно плыло по лужам на мостовой.
– Все мы будем там, – сказала она ему в след.
Он не услышал. Мимолетная встреча. Быстро пропал из виду на ближайшем перекрестке. Она выдохнула и развернула бумажку. На ней была написана одна строчка с подписью. Это писал ее Сын. Писал черной ручкой, быть может, под рукой другой не было:
«Огню: не гори, ветру: не дуй, сердцу: не бейся. Вот что я делаю с собой. – За – чем?!
М. И. Цветаева»
Женщина не стала перечитывать. Всё было ясно с первого раза. Она закрыла руками лицо, хотя от кого? Последний человек, которому было дело до её слез, только что скрылся за спинами других людей. Действительно, зачем плакать, когда всё ушло? Она опустила руку с цитатой поэтессы, другой вытерла слезы, оставляя их на рукаве плаща, где они смешивались с каплями дождя.
– Трусиха, – сказала она сама себе уверенным голосом. – Бесстыдная трусиха.
Зазвонил колокольчик, и она испарилась с улицы.
Когда Он наконец вернулся домой, уже стемнело. Он вылил накопившуюся в туфлях воду за порогом и прошел в сухую теплую квартиру. Дождь не прекращался. Он включил свет в коридоре, снял носки, надел тапочки и прошел в гостиную. Посмотрел на часы, которые светились в темноте – жена скоро должна была вернуться. В кармане зазвенел телефон. Он достал его, разблокировал. Пришло смс. От жены друга. Он сжал от бессилия зубы и положил телефон на стол. Он знал, что там написано.
Вскоре пришла его жена.
– Дорогой, я дома. А почему у нас дверь нараспашку?
Она закрыла дверь и прошла с сумкой из супермаркета в гостиницу. Ее муж сидел в темной гостинице спиной ко входу в комнату в пиджаке и брюках на зеленой декоративной подушке. Перед ним открывался вид на батарею и темное окно.
– Почему дверь открыта? Что-то случилось?
Тишина.
– Дорогой, дорогой… Что такое?
Раздался тихий голос ее мужа:
– Прочитай смс, телефон на столе.
Она взяла телефон, тот почти сразу же выпал из ее рук – она начала сильно волноваться, понимая, что произошло что-то страшное. Разблокировала экран, открыла смс, несколько раз перечитала.
– Тут написано, что…
– Я знаю, что там написано.
– Соболезную…
Она положила телефон, взяла вторую подушку с дивана, положила на пол рядом с мужем, поставила сумку, ушла на кухню и через несколько минут вернулась с зажженной свечкой и уселась на пол с фразой:
– Не смей меня прогонять.
