Его немногословный коллега пробормотал что-то неразборчивое, по всей видимости, соглашаясь с ним.
Сотрудник криминалистической лаборатории, весь последний час занимавшийся сбором улик, печально покачал головой.
– Жутко, да? Хуже я не видел. Может, не такое жестокое, как некоторые убийства, но… такое мог совершить только хладнокровный ублюдок.
– Или наоборот, слишком горячий, – заметил первый детектив.
– Думаешь, преступление, совершенное в состоянии аффекта?
– Возможно. В любом случае этот сукин сын заслуживает смертного приговора.
Его товарищ опять одобрительно заворчал.
– Прошу прощения, детективы, – в распахнутых двойных дверях библиотеки появился полицейский в форме. – Вы просили сообщить, когда приедет миссис Спикмен. С ней беседуют в гостиной. Вон там, – он махнул рукой, указывая направление.
Когда следователи вошли в комнату, Лаура Спикмен стояла между двумя полицейскими капелланами. Один из них незаметно кивнул детективам, давая понять, что ей уже сообщили, но это было и так ясно. Лаура была бледной, как смерть.
Неразговорчивый детектив встал у стены. Другой подошел к Лауре:
– Миссис Спикмен?
– Мой муж мертв? Это не ошибка?
– Нет, не ошибка. Мне очень жаль.
У нее подкосились колени. Капелланы подхватили ее и усадили на диван, второй попросил полицейского в форме принести стакан воды.
Детектив вытащил из нагрудного кармана визитную карточку и протянул Лауре:
– Стэнли Родарт, мэм. Отдел по расследованию убийств, полиция Далласа.
– Лаура, он здесь.
Кей Стаффорд появилась в дверях спальни Лауры, где та лежала на кушетке. Шторы были задернуты. В комнате было прохладно и темно. Помощница говорила тихо и медленно – сегодня с Лаурой так обращались все, как будто боялись, что от резкого звука она рассыплется, как хрусталь. Возможно, они были правы.
– Я провела его в кабинет, – сказала Кей. – Не торопитесь спускаться. Он сказал, что подождет.
Лаура села и сунула ноги в туфли.
– Могу поговорить с ним прямо сейчас, хотя не знаю, что такого я могу сообщить сегодня, о чем не сказала вчера вечером.
Детектив Родарт задержался в доме почти до полуночи. Часть этого времени он потратил на ее допрос. Остальное время его молчаливый коллега и другие полицейские осматривали библиотеку, делая все, что положено делать на месте предполагаемого убийства.
Они переговаривались приглушенными голосами и поглядывали на нее, изредка обращаясь за пояснениями. Заботливая женщина-полицейский спросила, хочет ли Лаура, чтобы она кому-нибудь позвонила.
– Кто-то должен побыть с вами этой ночью.
Ни у нее, ни у Фостера не было семьи. После аварии они не поддерживали тесных связей с друзьями.
– Моей помощнице, – ответила она.
Она продиктовала номер Кей. Приехавшая через полчаса Кей пребывала в таком же шоке, как и Лаура, но все же, в отличие от нее, могла заниматься несложными делами. Она давала указания. Отвечала на конкретные вопросы и брала трубку телефона, который начал звонить с раздражающим постоянством.
– Мне жаль беспокоить вас всем этим, – сказала Кей, с блокнотом в руках спускаясь вместе с Лаурой по лестнице.
– Нет-нет, продолжайте. Я не могу позволить себе роскоши сделаться затворницей. Может быть, потом, когда… когда все успокоится. Что у вас?
В завещании Фостера, которое он изменил вскоре после их свадьбы, было условие, что Лаура должна исполнять обязанности главы «Сансаут», пока совет директоров не выберет другого руководителя. Ей передавались полномочия принимать решения и вести дела. Таким образом вчера вечером она не только стала вдовой, но и вступила в должность главы компании.
– Журналисты собрались у дверей и ждут заявления, – сказала Кей.
– Попросите Джо написать что-нибудь общее. Все в «Сансаут» потрясены трагическим событием и тому подобное. Только перед тем, как оглашать его, пусть пришлет факсом сюда. – Она доверяла начальнику отдела маркетинга, но привыкла, как и Фостер, все подписывать лично. – Скажите, чтобы он не собирал официальную пресс-конференцию и не отвечал на любые вопросы о… преступлении. Оставим это полиции.
Кей отметила этот пункт в своем списке.
– Персонал спрашивает, можно ли организовать минуту молчания в память о Фостере. Что-то вроде этого?
– Фостер не позволил бы, чтобы работа прерывалась даже на одну минуту, – Лаура слабо улыбнулась и покачала головой. – Но я благодарна за идею. Обязательно передайте всем.
– Вы уже думали об организации похорон?
Лаура, уже спустившаяся до конца лестницы, остановилась и повернулась к Кей.
– Я не могу назначить похороны, пока мне не выдадут тело.
Внезапно ее глаза наполнились слезами. Два года назад, после автомобильной аварии Фостер лежал в реанимации, сражаясь за жизнь. Она боялась, что каждый его вздох может стать последним и ей придется организовывать его похороны. Но теперь у нее не было времени приготовиться к подобным разговорам. В этот раз все случилось внезапно, и это была реальность. Похороны будут. Но она еще не знала когда.
