— Я бы хотел, чтобы ты заглянула ко мне в офис, чтобы обсудить, о чем думаешь и что испытываешь в моей редакции. Скажем в понедельник в десять?
Улыбнулась, открыв рот, чтобы принять приглашение, когда Селиан схватил меня за запястье и потащил из офиса в коридор. Я споткнулась о собственные ноги.
Должно быть, я произнесла этот вопрос вслух, потому что он издал разочарованное рычание, более подходящее для кошек в дикой природе. Мужчина толкнул дверь, ведущую в темную, пустую комнату, в которой я никогда раньше не была, и захлопнул ее за нами.
Помещение энергообеспечения.
Я застонала, когда спиной наткнулась на грубые кнопки и холодный металл. Селиан прижался так близко, что я чувствовала, как его горячее мужское присутствие выжимает из меня похоть, отчего с моих губ сорвался совсем другой стон. Он сделал шаг назад, как будто прикосновение ко мне было смертельным.
— Держись от него подальше. — Его голос был таким низким и угрожающим, что я почувствовала его всем нутром.
— Хм… — Я усмехнулась, проводя языком по нижней губе и глядя на него сквозь полуприкрытые веки. — По-моему, я только что разговаривала с настоящим Богом, и Иисус разозлился.
Про себя я слышала, как Иисус бормочет: «Ага. И она снова бросает меня под автобус».
Сделала себе мысленную пометку посетить в воскресенье местную церковь.
— Я не собираюсь повторяться, — буркнул Селиан, не обращая внимания на мой выпад, и если я что-то и знала о Селиане Лоране, так это то, что он никогда не упускал возможности обойти тебя, когда ему дерзят. — И я не хочу, чтобы ты была рядом с ним. Его намерения не чисты.
— А твои? — фыркнула я. — Послушай, я не могу и не буду игнорировать своего босса. Моего настоящего босса. Человека, который платит мне жалованье.
Он наклонился, чтобы прошептать мне на ухо:
— Я мужчина, который трахал тебя до потери сознания, и ты не можешь перестать думать об этом. Я тот мудак, на которого ты мастурбируешь, чтобы кончить. Я тот парень, который уничтожает конкурентов, особенно когда дело касается Матиаса Лорана. Так что сделай себе одолжение и держи свою киску — мою киску — как можно дальше от него. Compris?
Его тугая грудь и твердый пресс прижаты к моему мягкому телу. Его высокая, властная фигура нависает над моей маленькой. Он прикасался ко мне, на самом деле не прикасаясь, и я хотела, чтобы он поглотил меня целиком, как венерина мухоловка — зажал челюсть и поглотил каждый мой дюйм.
— Ненавижу тебя.
— Хочешь проверить эту теорию? — Селиан усмехнулся, как всегда сдержанно, даже когда казалось, что между нами в темной комнате раздался раскат грома.
Я должна была сказать «нет», но из моего рта выскользнуло совсем другое.
— Ага. Ведь проверка фактов — твое ремесло, не так ли?
Не оглядываясь, он протянул руку за спину, запирая нас. Мое сердце колотилось в покорности, больше не одинокое и обиженное. Селиан схватил меня за подбородок и соединил наши губы в животном поцелуе, который каким-то образом начался с середины, с борьбы языков, расстегивания одежды, и блуждания рук, ищущих, сжимающих и скручивающих каждый дюйм плоти и ткани. Я задыхалась еще до того, как мое платье упало на пол, и потеряла рассудок в ту минуту, когда его член прижался к моему животу.
— У меня еще не было возможности прочитать инструкцию для сотрудников LBC. Это официальная часть наших встреч один на один? — я рассмеялась, мое сердце готово было выпрыгнуть из груди и упасть к его ногам в итальянских туфлях.
— Я делаю что-то, чего ты не хочешь?
— Ты делаешь меньше, чем я хочу, — призналась я.
— Тогда никаких разговоров, Хамфри. Так ты мне больше нравишься.
— Все еще ненавижу тебя, — пробормотала у его рта, цепляясь за его рубашку.
На нем было слишком много одежды, а мне просто необходимо было ощутить его голую кожу.
— Мне по-прежнему все равно, — прошипел он и приподнял меня, прижав к двери и ударив своим пахом в мою промежность.
— Презерватив, — приказала я.
Каким бы сексуальным ни был Селиан, он однозначно производил впечатление человека, побывавшего в этом квартале, а это Манхэттен, здесь много сомнительных кварталов на выбор.
— Вот, черт. — Он в наказание прикусил мою губу, отстранился от меня, прижался лбом к моему и стал качать головой из стороны в сторону. — Я чист.
— Мне все равно.
— Ты ведь принимаешь таблетки. — Его член вонзился между моих ног, и было трудно отказать ему в чем-либо.
— Мы сейчас не в той стадии наших отношений, чтобы вести этот разговор. Я хочу, чтобы ты заставил меня кончить, а не сделал беременной. Мне нужно забыться.
