Грязные связи полностью

Они обменялись взглядами, общаясь на немом языке, который использовали такие больные твари. Потом три головы повернулись к Тренту.

Поскольку все эти люди были хорошо знакомы с риском, они, возможно, заставят меня подождать день или два, пока не решат, может ли моя угроза навредить им. Так что я поднял ставки.

— Если кто-нибудь, связанный с доказательствами, умрет — свидетель, коп, которому вы дали взятку, родственник жертвы, я — документы будут распространены автоматически.

Трент постукивал пальцем по столу, наблюдая за своим движением с отсутствующей миной на лице.

Не поднимая глаз, он ответил:

— Будет организован подготовительный пресс-релиз, сделано объявление для всех подразделений компании, выпущен краткий список компенсаций и льгот отделу кадрового обслуживания. Получение вами доступа к секретным материалам займет некоторое время.

— Вы забываете одну проблему, — произнес Далтон со вздохом.

Моя шея непроизвольно напряглась.

— Контракт вашей невестки.

Трент стрельнул в меня глазами.

— С этим мы разберемся.

Что, черт возьми, это вообще значило? Понадобилась вся моя сила воли, чтобы удержаться на краю стола. Боже, если она станет жертвой этого, если они убьют ее…

— Она вне игры? Или вы посвятили ее в семейный бизнес?

Улыбка промелькнула на лице Трента.

— Она наша маленькая милая ученица. Она делает то, что ей сказано. Вам не стоит переживать из-за нее.

Милая ученица? Господи, ее слова действительно становятся гнусными. Она стремится быть, как они? Я бросил взгляд на ее родителей, и их ухмылки перевернули мой желудок.

Мой голос звучит из самой глубины:

— Теперь я — ее босс. Я должен знать, с чем имею дело.

Трент прищурился.

— В ней полно рвения, но она наивная. Держите ее на коротком поводке.

Боже, я никогда не был в таком тупике по поводу ее вовлечения. Было ясно, что брак между ней и Колином создал целый бренд для правых приспешников «Тренчент Медиа», но…

— Наивная? Вы имеете в виду, она до сих пор учится, как… — изменять? Красть? Убивать? — не быть уличенной?

Я ожидал, что меня кто-нибудь поправит. Этого никто не сделал. Возможно, я рассказал слишком много, раскрыв факт, что мое расследование касательно их детей зашло в тупик. Но нехватка доказательств могла быть связана с тем, что ни у Кэси, ни у Колина не было за плечами двадцати или тридцатилетней уголовной истории. Такой, как у их родителей.

Я посмотрел на женщину, которая больше всех питала слабость к внешности мужчин.

— Контракт гарантирует, что она не сделает какую-нибудь глупость и не приведет «Тренчент» к скандалу?

Кейтлин кивнула.

— Именно.

Взамен он обещал Кэси должность генерального директора — обещание, которое не будет исполнено. Кража работы у нее из-под носа не казалась правильной вещью, но это чувство подпитывалось моим сильным желанием обнаружить, что она — невиновна, пока я буду убирать ее семью.

Я принял серьезный вид. Расслабил пальцы. Голос зазвучал решительно.

— Ладно, выходит, вы собираетесь заманить ее в ловушку и подставить. А если она не клюнет?

Трент сложил бумаги перед собой и спрятал их в папку.

— Она клюнет. Сегодня я отправлю ее в «Дозор» по заданию, и сам увижу, что проблема решена.

Насколько же дерьмово. Он спланировал разрушение брака собственного сына, сомневаясь меньше, чем при выборе блюда в ресторане. И он нарочно упомянул название клуба, в котором она будет, чтобы я — что?

Вызвался стать приманкой?

Мне хотелось закрыть глаза и подумать о том, что здесь происходило. Но, если бы я сделал это, я бы представлял ее с другим мужчиной. Нет, я бы представлял ее со мной потому что, представляя ее со своим мужем или с незнакомцем, разжигал огонь внутри моей груди.

Слишком ли обнадеживающе было думать, что ее связь с Неуловимым была… однократным случаем? Что она была хорошим человеком, и измена не входила в список ее повседневных дел?

Достань свою голову из задницы. Тебе нужно аннулировать этот контракт.

Но я мог сделать за них их работу — сам стать приманкой, искусителем. Другим мужчиной.

Блядь, мне нужно было утрясти это что-то, от чего мое сердце неслось галопом. Она никогда не была моей, и никогда не будет. Все, что меня беспокоило — это то, что распутная мисс Дукатти может катиться туда, где не была ни одна шлюха. Если она была слишком слабой, чтоб изменить своему мужу, черт с ней.

— Беря во внимание то, что контракт больше не является проблемой, — я встал. — Когда мне начинать?

Трент тоже встал, и стал подходить ко мне. Трое остальных последовали его примеру.

Он протянул свою руку, и, когда я пожал ее, кожу закололо от прикосновения его пальцев.

— Вы приступаете сейчас, — его хватка окрепла, и тон стал ледяным. — Добро пожаловать в «Тренчент».

Кэси.

Меня окружал гул голосов, разбавленный звоном бокалов с шампанским и глубокими, одинокими нотами саксофона. Акустика в «Дозоре» была наполнена всеми тональностями: от едва уловимых, ласкающих слух, до нахальных характерных звуков, манящих переплестись душой со всем миром.