— А теперь, — отозвалась Микелла, — вызовите меню и выберите тот самый слот, который бы вы хотели заменить.
Так я и сделал. Шлепнул себя по камушку на груди, вызывая голограмму меню. В этот раз слоты таблицы подсвечивались зелёным. Особо размышлять времени не было, я решил избавиться от лягушки, самого бесполезного аватара на данный момент. Ткнул в слот и замер, затаив дыхание.
~Внимание! Аватар слот 4 будет утерян! ~
— Пу-пу-пу…
~Приступаю к загрузке нового аватара в слот 4! ~
Теперь остается только подождать. Я стал одеваться, молясь всем богам Лиманы, кроме Дуалераса, чтобы аватар усвоился как можно скорее.
В дверь комнаты поскреблись.
— Гена? Простите, что отвлекаю…
Алина не послушалась моего совета и не заперлась в своей комнате. Я как раз уже оделся и, вздохнув, ответил.
— Все в порядке, Алина, входи.
Она показалась в дверном проеме, бледная, как приведение, и взволнованная. Свет от свечи отбрасывал зловещие тени, мне даже стало не по себе.
— Я вот, — она показала в ладони мокрое полотенце, — принесла вам тут. Лицо вытереть.
— Очень любезно с твоей стороны, — ответил я, — спасибо.
— Можно, я немного посижу рядом с вами? — неожиданно прямой вопрос задала мне Алина, — вы ведь все равно никуда не уходите прямо сейчас.
Я молча кивнул. Её, очевидно, что-то беспокоит. Нельзя отталкивать человека, который нуждается в поддержке.
Алина прошла к кровати и села рядом, подавая мне влажное полотенце. Я принял его и не без удовольствия вытер лицо.
— Отец все ещё не вернулся. На улице странный шум, который разбудил меня. И вы в таком виде… Не знаю, что и думать. Мне страшно.
— Ничего не бойся. Я и твой отец все уладим, честное слово.
— Очень хочу в это верить. Вы уж позаботьтесь о нем. Папенька — единственная моя семья. Мамы не стало сразу после моего рождения, так что он воспитывал меня, как мог. Я всем ему обязана.
— Семья — это самое ценное, что у нас есть. Я постараюсь помочь всем, чем смогу, Алина, чтобы ни ты, ни кто-то либо ещё в Жевадане не терял близких.
— Говорите, прямо как настоящий герой, — искренне восхитились Алина.
— Да ладно тебе, прекрати! — засмущался я.
— Правда. Все авантюристы, которые приходили в Жевадан до вас, делали это не ради местных жителей, а ради награды и славы. Вы же действительно хотите нам помочь.
— Я ещё ничего не сделал.
— Я верю, сделаете! — улыбнулась Алина.
— И, вообще-то, я здесь тоже потому, что ищу славы. А ещё мне заплатят в гильдии! — начал скромничать я.
— Ну и пусть, если так. Прославьтесь. Получи́те много денег. Вы этого достойны.
Ох, какой волнительный момент! Наши взгляды встретились, время, которое я старался подгонять, вдруг, словно замерло. Я тонул в бездонных глазах Алины, а она так приятно улыбалась…
— Алина! — раздался внезапно голос Меченого, — скорее, отопри! На улице небезопасно. Я знаю, ты не спишь!
— Ой, папенька пришёл! — подскочила, краснея, Алина и бросилась из комнаты к входной двери, освещая дорогу трепещущим огоньком свечи, — минутку, я уже бегу.
Стряхнув романтический флер, я сам поразился тому, что поплыл вдруг от таких сладких девичьих речей. Едва ли я нравлюсь Алине по-настоящему, она просто благодарна и возлагает на меня большие надежды. И тут мое ухо уловило непонятный шум с улице, нарастающий гул, отличающийся от того, который был ранее.
Я ведь дал приказ Меченому собирать добровольцев. Неужели он управился с этим так быстро? Или же что-то случилось, что он вернулся домой. Нет, не случилось ничего, иначе бы он позвал меня, а не дочку. Караульные на стенах, сейчас достаточно светло на окраинах городка, но именно этот дом, расположенный дальше прочих от караульной башни, остаётся в темноте. И мой запах…
— Алина! — я подскочил на ноги и бросился в гостиную, — Алина, стой!
— Что? — уже щёлкнул замок, когда девушка обернулась на мой голос. Дверь открылась. Все внутри меня перевернулась, и к горлу подступил ком. На пороге стояло на задних лапах ужасающее чудовище с горящими в полумраке кровавыми глазами. Признаться честно, я обомлел. Огромная пасть его оскалилась острыми зубами, напоминающими частокол, с кончика высунутого языка капала вязкая слюна.
Я схватился за меч.
— Алина, в сторону!
Обернувшись, Алина завизжала и метнулась влево, прячась за дверью. Она выронила свечу, и все вокруг погрузилось во тьму. Обрушившись на передние лапы, зверь в прыжке ворвался в гостиную.
— Убить… убить… Вор! Обида… Месть! — этот голос пробирал до мурашек, он казался неземным, перемешанным с лаем шакала и смехом гиены. Зверь метался из стороны в сторону, ходил, выискивая брешь в моей защите, низко припадая к полу и сбивая боками и длинным хвостом мебель. От этого грохота Алина, забившаяся в угол, всхлипывая, зажимала уши.
Откатившаяся в сторону свеча не погасла, от её пламени занялась занавеска у окна. Становилось светлее, но от дрожащих языков пламени смотреть на чудовище становилось еще более жутко.
