От вестей Опиона на душе стало радостно. Я осознал, что есть место в этом мире, куда я могу вернуться, где меня ждут.
— Вижу, у тебя дома всё хорошо, — сказала, улыбаясь, Фаина. Она уловила моё настроение.
— Всё просто замечательно. — Ответил я, и сложил письмо обратно в конверт. — Когда вернусь вечером, напишу ответ. А сейчас мне пора наведаться в гильдию.
В отличном настроении я вышел из дома, погода стояла просто сказочная. На пути в гильдию я купил себе сахарный рогалик из песочного теста и с удовольствием схрумкал его.
В обеденное время в главном зале гильдии «Карающий грифон» было довольно пусто, зато темно и прохладно. Меня ещё на подходе к стойке администрации заметила Икка и, помахав мне рукой, позвала Росточка.
— С возвращением, Гена, — как всегда любезно поздоровалась она.
— О! Гена! — Росточек показался из-под стойки администратора, ковырялся там, поди, в каких-то бумагах, — очень рад, очень рад!
Он протянул мне руку, которую я крепко пожал.
— И тебе привет!
— Ну, рассказывайте, — сказала Икка, — каких высот вам удалось достигнуть на последнем задании?
Я с гордостью достал из кармана листовку задания с отметкой о выполнении.
Оба администратора присвистнули, склонившись над листком.
— А где ваши доказательства? — спросила Икка. — В наше время нередки случаи подделки подобных документов среди недобросовестных авантюристов.
— Конечно! Доказательство у меня имеется, — я положил рядом с листком на стойку небольшой свёрток, сам его развернул, демонстрируя отрубленное ухо крокотты.
— Вот это да! — воскликнул эльф, — так жеваданский зверь на самом деле существовал?! И ты его уничтожил!
Все авантюристы, находящиеся в главном зале, навострили уши. Я почувствовал пристальные взгляды, полные любопытства. Мне вообще часто кажется, будто на меня смотрят в последнее время.
— Это ухо не похоже на волчье, — пробормотал Росточек, разглядывая трофейную часть крокотты под втащенной из-под стойки лупой.
— Это ухо химеры, — пояснил я, — она представляла собой помесь гиены с волком или собакой.
Естественно про одержимость и миазмы, от которых сейчас не осталось и следа, я упоминать не стал. Но глаза Росточка и так вспыхнули маниакальным огнём.
— Я куплю его! Мне как алхимику такое очень интересно! Икка, можно?