— Так быстро? — Слова вырвались изо рта Роуэна, прежде чем он сдержал их. Ему пришлось признать, что был удивлен…. и разочарован.
Что абсолютно нелепо.
У него долг. Роуэну следовало радоваться, что может к нему вернуться, а не сожалеть, что больше не сможет пообщаться с Эмилией, независимо от того, насколько она красива или какой уютный у нее дом.
— Думаю, тогда нам пора собираться, — сказала Эмилия. — Перемены в погоде непостоянны.
— Ты права, — сказал Роуэн, отбросив сожаление. — Полагаю, нужно идти.
— Не забудь свое… мое… пальто, — сказала Эмилия, поворачиваясь к нему с улыбкой. — Ты можешь замерзнуть только по дороге к машине.
Роуэн рассмеялся.
— Могу поверить.
Когда он потянулся к куртке в ее руке, их пальцы соприкоснулись. Контакт длился всего миг, но все же, было ощущение, словно кто-то тронул его проводом под напряжением. Электрический разряд пробежался по его телу, заставив сердце бешено колотится в груди, и его грифон встал на дыбы, словно в триумфе, и издал громкий рык.
«Наша пара. Она наша пара».
У Роуэна закружилась голова.
«Неудивительно, что я принял ее за ангела».
Внезапно все обрело смысл: странное поведение его грифона, его нежелание покидать Эмилию, необычное чувство комфорта, которое он испытывал, просто находясь рядом.
Он задавался вопросом, может ли она каким-то образом тоже это почувствовать, хоть и является человеком. Возможно, именно поэтому она чувствовала себя обязанное ему помочь и поверила его несуразной истории о том, как он оказался в ее сарае… или, по крайней мере, поняла, что он не представляет для нее опасности.
И теперь она смотрела на него с широко открытыми темными глазами и приоткрытыми розовыми губами.
«Она тоже это чувствовала?» — ошеломленно спросил Роуэн. Почувствовала ли она искру между ними, хотя и не была оборотнем?
Мгновение она смотрели друг на друга, словно застывшие статуи.
Воздух между ними потрескивал от напряжения… затем Эмилия моргнула и закрыла рот.
— Я… Я пойду подгоню машину, — пробормотала она, заикаясь, прежде чем повернуться и спешно выйти из комнаты, оставив Роуэна смотреть ей вслед.
Эмилия
«Что за черт?»
Слова крутились у нее в голове на повторе всю дорогу из гостиной до гаража. В такую погоду машине обычно требовалось много времени, чтобы прогреться, и она все это время смотрела на свои пальцы, ища какие-то свидетельства странного электрического удара, который прошел по ее коже после соприкосновения с кожей Роуэна.
Но там ничего не было.
На ее пальцах не было никаких признаков чего-либо… хотя это и ожидаемо. Но все же чувство, прошедшее через нее, было несомненно.
«Это для меня несомненно», — подумала Эмилия, глянув на Роуэна краем глаза. Они ехали уже десять минут, и, несмотря на непринужденную беседу, которую вели в гостиной, сейчас воцарилось неловкое молчание.
Или неловко казалось только ей. Роуэн выглядел почти… задумчивым, когда смотрел в окно на проносящиеся снаружи зимние пейзажи.
«Это глупо. Скажи что-нибудь», — подумала она. Обычно Эмилия не вела себя как пугливая лань. Правда, Роуэн был самым привлекательным мужчиной, которого она когда-либо видела, но это не значит, что нужно нести всякую чушь. Особенно, учитывая необычное чувство… комфорта рядом с ним, что тоже не могла объяснить. И несмотря на то, что его история попадания в ее сарая совсем не клеилась.
— Итак… как долго ты работаешь полицейским? — выпалила она, больше не в силах выносить собственное молчание.
Роуэн повернулся к ней.
— Уже десять лет, плюс-минус пара месяцев, — ответил он. — С момента моего восемнадцатилетия. Я не знаю другой жизни.
Эмилия кивнула.
— Почему ты выбрал эту профессию, если ты не против этого вопроса? Довольно редко можно найти кого-то, кто знает, чем хочет заниматься, в таком юном возрасте.
В ней всколыхнулось любопытство. Конечно, она хотела узнать о нем побольше… но было очевидно, что, несмотря на свою прямолинейность, он что-то скрывал.
— Я хотел защищать людей, — сказал Роуэн без колебаний. — Думаю, можно сказать, что я вырос в довольно жестких условиях. Рано потерял родителей и был воспитан родственником в маленьком местечке, похожем на это. С одной большой разницей — им управляли преступники.
Эмилия потрясенно посмотрела на него.
— Что ты имеешь в виду?
Роуэн скривился.
— Я не хочу вдаваться во все подробности… они все равно не нужны. Достаточно сказать, что они были плохими парнями. Ты либо вступал в их ряды, либо получал неприятности. Но я не хотел этого, поэтому рано уехал.
— И… ты вернулся потом туда? — спросила Эмилия.
Роуэн кивнул.
— Конечно. Я накрыл всю банду и посадил их главаря за решетку. Живя там в детстве, знал все их тайные места. Нет ничего лучше, чем знать, что место, где ты вырос, свободно от них… и люди могут жить, как хотят.
Эмилия почувствовала, как в груди разливается тепло. В голосе Роуэна легко улавливалась гордость. Она сглотнула.
«Он кажется слишком хорошим, — подумала она. — В чем подвох?»
