Они направились вдоль аллеи, по одну сторону которой в глубине стояли одноэтажные аккуратные дома, наполовину скрытые деревьями и разбитыми садами, а по другую теснились частные магазины, лавки и крошечные уютные студии художников, фотографов и мастеров небольших производств. Аврора с интересом рассматривала спутницу, но ненавязчиво, очень аккуратно. Теодора же была очарована, как и в прошлую встречу, только теперь порадовалась тому, что выглядит куда лучше. Она вдруг подумала, что, когда встретила Аврору в прошлый раз, ее жизнь тоже стояла на перекрестке, ровно как и теперь.
– Расскажите, почему вдруг Франция?
– Ну вот, сейчас придется хвалить себя, – хитро улыбнулась Аврора, блеснув красивыми зубами. – Я с головой ушла в дизайн и модную индустрию. Собственные модели создавать интересно, но мне захотелось масштаба, так что я развиваю бренд и планирую создать модный дом, но, разумеется, не здесь. Париж идеален для этого.
– Я уже говорила, что вы удивительная женщина?
Они рассмеялись. Обе чувствовали себя так, будто когда-то давно были закадычными подругами. Теодора же, у которой никогда не было настоящей подруги, млела от общения с женщиной такого уровня.
– Далеко вы идете?
– Возвращаюсь в город.
– Гуляли?
– Навещала могилу.
Аврора ахнула, поразившись своему, как ей казалось, невежеству.
– А ведь я читала о вас тогда… Это было чудовищно. Меня не было в городе, а потом, наверно, следовало навестить вас, но я подумала, что напоминание только разбередит свежую рану. Тот мужчина, Роман… – Аврора не высказала вопрос до конца, потому что Теодора кивнула, и так все подтвердив. – Немало времени прошло, но примите мои глубокие соболезнования. Я не смею говорить, что знаю или понимаю, но догадываюсь, как сильно вы его любили.
Теодора непонимающе взглянула на нее.
– Баглер, – пояснила Аврора, а Теодора отметила, что раньше она всегда называла его Стигом и никак иначе. Такая перемена порадовала ее. Вера Авроры во многом очень похожа на ее собственную, только ее идол остался глух к словам любви, молитвам и даже к жертвоприношениям. – Виделась с ним пару раз в те дни. Он как одержимый пытался притянуть за уши вину Романа. Ревновал как безумец! Кто бы мог подумать, что все сложится так.
Теодора не ожидала, что разговор примет такой оборот. Ей было неловко, но говорить об этом теперь она могла. Аврора наблюдала за ее реакцией, чтобы пресечь эту тему сразу же при необходимости.
– Удивительно, все эти годы он преследовал не тех, а настоящего убийцу даже никто не подозревал.
– Что с ним теперь?
– Сидит. Как и Полссон. Он отдавал команды, а тот… просто наемник.
– Немыслимо, – выдохнула Аврора. – Помню, как поддерживала его в предвыборной кампании. Какое скотство!
– Миллионы людей ему верили. Но, думаю, это хороший урок всем нам.
Аврора вздохнула и грустно улыбнулась уголками губ. Она взяла Теодору под руку, слегка сжав ее локоть. Они неторопливо шли бок о бок, постукивая каблуками по асфальту и глядя, как их тени играют в чехарду с силуэтами деревьев на земле. Теодора поднесла к лицу запястье с часами: у нее по-прежнему была уйма времени.
– О, – проговорила Аврора, взглянув на ее тонкие пальцы. Золотое обручальное кольцо смотрелось на ее руке очень уместно и по-особенному изящно. – Мои поздравления! Что же раньше не сказала?
– Спасибо! Свадьба только через шесть месяцев.
– Удивительно, как он согласился ждать так долго, – задумчиво произнесла Аврора. Теодора нахмурилась, но тут же поняла, прежде чем Аврора неловко начала объясняться. – Мы теперь совсем не общаемся, так что я совсем не в курсе его дел, но вы…
– Нет, нет, нет! – Теодора даже рассмеялась. – Это не Баглер.
– Не Баглер? – Аврора искренне удивилась и слегка покраснела.