— Итак, я уверен вы знаете зачем я вас собрал, — начал император. — Мне очень интересно узнать ваши мысли по этому поводу, но прежде, — сделал он непродолжительную паузу, — я хотел бы, чтобы Кристина сообщила одну хорошую весть, которых в последнее время было не так уж и много.
Принцесса поднялась из-за стола.
— Граф Селезнёв смог полностью исцелить меня. Больше мне не нужен якорь.
— Кристина, — обратился к ней Алексей Александрович, — ты в этом уверена?
— Да. Чтобы доказать это, я согласилась пробыть под наблюдением целителей целую неделю. Думаю, этого срока хватит для того, чтобы они смогли убедиться, что со мной всё в порядке. По окончании диагностики моих когнитивных, физический и эмоциональных параметров, я рассчитываю, что
вы подтвердите сей факт на Совете рода.
— Это значит, — начала задавать вопрос императрица, — что ты собираешься заявить права на наследование престола?
— Скорее всего, да, — ответила Кристина. — Однако пока говорить об этом преждевременно, ведь вы ещё не убедились в здравости моего рассудка.
— Тогда и Михаил может претендовать на…
— Нет, Миша не может, — перебил супругу Владимир
I
. Все находящиеся за столом заметили, как первый принц скривился, когда услышал слова императора, что прозвучали словно приговор. — И этот вопрос я поднимать не намерен ни сегодня, ни завтра, не через годы.
— Егор, а ты? Ты думаешь заявить права на престол? — спросил у него Алексей Александрович. — Хоть после событий с Марией Федоровной этот вопрос не поднимался, но мы все заметили, что ты стал больше уделять времени государственным делам.
Принц, прежде чем ответить, посмотрел на Кристину, потом на отца, на остальных.
— Я ещё не решил. Весть о выздоровлении сестры сообщили мне только сегодня. Поэтому посмотрим, как пройдёт эта неделя, а по её результатам я сообщу своё решение.
Ненадолго за столом наступила тишина. После одновременного выбывания из гонки Михаила и Кристины, все Романовы смирились, что наследником станет Егор. Были достигнуты негласные договорённости, кто какие должности займёт. И сейчас возвращение Кристины всё меняло.
— Ладно, — произнёс император, — об этом поговорим потом. А сейчас перейдём к теме, ради которой собственно мы собрались. — Император обвел собравшихся взглядом. — Сегодня граф Селезнёв чуть было не объявил войну нашему роду.
— Мне кажется, — произнесла Кристина, — это очень грубая трактовка произошедшего.
