— Да? — вмешался Михаил. — Он хотел бросить вызов на дуэль Романову! Между прочим, нашему младшему брату. Или пока ты жила у него, ты забыла об этом?
— Миша, спасибо, что напомнил про проблемы с памятью, — принцесса с призрением посмотрела на него и добавила. — Ведь кому как не тебе знать, что со мной произошло. Верно?
— Я не виноват! — выкрикнул Михаил.
— Хватит! — словно гром раздался по всему кабинету голос императора. — Кристина, коли ты не согласна с моей оценкой случившегося, расскажи нам свою.
— Нам придётся смириться, — сказала Кристина.
— С чем? — снова влезла в разговор её мать, Людмила.
— С тем, что в Империи теперь два вектора силы. Мы и Селезневы.
— ЧТОООО⁇! — с возмущением воскликнул Михаил. — Ты хоть понимаешь, что сейчас сказала?
— Да. И я не стала бы так говорить, если бы не была посвящена во многие тайны Селезнёва.
— Так поведай их нам, — повелительным тоном попросил император.
— Не могу. Я дала клятву. И без его разрешения я не могу рассказать о том, что видела и что мне стало известно.
— Зачем ты дала эту клятву? — тут же спросил Егор.
— Потому что до недавнего времени считала, что моя жизнь и судьба навсегда связаны с Костей. В самом начале он предоставил мне выбор, жить полной жизнью, в которой я буду его неотъемлемой частью. Или же… всё равно что птица в клетке. Разумеется, я выбрала первый вариант.
— Кристина, — обратился к ней до сих пор отмалчивающийся глава разведки, Игорь Игоревич. — Ты неплохо разбираешься в магии крови. Неужели ты не знаешь способа как обойти клятву?
— Нет, — ответила она. — Однако, могу сказать следующее. Если между нами вспыхнут боевые действия, Селезнев ответит так, что по Империи прольются реки крови. И поверьте, я не утрирую!
— И что ты предлагаешь? — спросил у сестры Егор.
Кристина ненадолго сделала паузу.
— Святослав, — развернулась она к брату, — я не буду тебе говорить про закон. Ведь, если разобраться, использованное тобой заклинание имеет по эффекту большое сходство с ментальными.
— Это никто не сможет доказать! — заступилась за сына Людмила.
— Хватит и того, что Селезнёв знает! — сердясь на то, что её перебили, с гневом ответила Кристина. Она повернулась к Егору. — А ты тоже хорош! Сам сдал Селезнёву, что именно Святослав использовал на Тане. Совсем с ума сошёл?
— Крис, ты это… полегче… — стушевался Егор. Для него стало неожиданностью, что сестра, с которой они всегда выступали единым фронтом, публично ругает его. — Я не думал, что он так себя поведёт.
