– У тебя замечательные друзья, – шепнула она, – и избушка твоя мне очень понравилась. И у тебя потрясающий голос, и ты здорово играешь.
– Я рад, что ты не зря приехала. Мы умеем веселиться.
– Вы с братом совсем не похожи, вы же близнецы?
– В народе называется двойняшки, то есть разнояйцовые близнецы, поэтому и не похожи.
– Он какой-то немного странный.
– Он такой с рождения.
– Он – больной?
– Давай не будем об этом.
– Ладно. Спасибо тебе, что пригласил. Так замечательно я уже давно не отмечала праздник. А родители твои где? Они не против, что ты здесь с друзьями? Такой дом шикарный, мало ли…
– Моим родителям до меня нет никакого дела. Уверен, что они даже не в курсе, где я.
Глеб насмешливо улыбнулся.
– Но…, – начал Диана.
– Мы здесь на несколько дней, можешь остаться с нами, – оборвал её Глеб. – Тебе понравились мои друзья?
– Да, только Маша кидает на нас такие взгляды.
– Тебе просто показалось.
Уже рано утром Диана вышла на открытую веранду. Глеб стоял, облокотившись о балюстраду, и курил.
– Уже почти все легли, – сказала она.
– Ты почему не спишь? – спросил Глеб.
Диане был необычайно хорошо, от выпитого шампанского и веселья приятно кружилась голова, первый раз за два года она почувствовала, что живёт. Мягкий свет из окон лился на участок, светили уличные фонарики, снег искрился.
– Останешься ещё с нами? – спросил Глеб.
– Если пригласишь, ты же хозяин.
Она кокетничает? Удивилась Диана сама себе. Неужели? Два года, как будто в склепе, а тут начала кокетство. Но если быть честной, Глеб ей нравился таким, каким был сейчас.
– Уже пригласил, – ответил он.
– Честно говоря, когда сегодня позвонила тебя поздравить, никак не думала, что ты захочешь меня видеть в новогоднюю ночь.
– Красивую девушку всегда приятно видеть, – улыбнулся Глеб своими ямочками, – Выпьем за примирение?
Диана кивнула. Пока Глеб открывал шампанское, она принесла бокалы из столовой. Он разлил вино.
– Не на брудершафт, надеюсь? – спросила она.
– Я не пользуюсь дешёвыми разводами, чтобы поцеловать девушку, – рассмеялся он и чокнулся с ней. – За тебя, моя хорошая!
– Смотри, фейерверк! – отпив, воскликнула Диана.
Она была такая хорошенькая, восторженная, глаза горят, Глеб видел, что она ожила и невольно любовался ею.
– Почему ты на меня так смотришь?
– Я рад, что ты к нам приехала. Осенью, при встрече, когда ты поцарапала мне машину, ты мне показалась потерянной.
– Да, наверное. Я просто решила начать жить. Прежняя Диана ни за что бы не поехала ночью загород, в гости, в незнакомую компанию, а нынешняя решила совершить этот отчаянный поступок. И не прогадала, а то спала бы сейчас дома, наевшись оливье и маминых нравоучений.
Глеб рассмеялся.
– Да, а с утра, первого января, традиционная семейная прогулка и возмущение, почему все такие вокруг опухшие и нетрезвые.
– Ты с полным правом можешь завтра это сказать про нас. Прогулкой я тебя тоже могу обеспечить, раз традиция. А потом будем жарить мясо и коптить рыбу, ребята столько всего закупили.
– Вы всегда так весело отмечаете Новый год?
– Нет, здесь в первый раз. Этот дом моя мать приобрела в то время, когда все думали, что меня уже нет. А прошлый год мне испортила одна фотомодель, на обманчивую внешность которой я повёлся. Поэтому этот праздник я решил, что мне ничто не испортит. И я очень рад, что ты с нами.
– Спасибо тебе, Глеб.
Диана взяла его за руку. Она смотрела ему в глаза, такая красивая, нежная, чуть встревоженная, тёмные волосы в беспорядке рассыпаны по куртке, бледное лицо чуть зарумянилось, и такой соблазнительный изгиб губ.
– Ты такая красивая, – почти шепотом сказал Глеб, почему-то лицо кажется знакомым. Где он мог её видеть?
– Давно мне никто этого не говорил.
