Маша по-детски восторгалась всем: пальмами, горами, уличными ресторанами и, конечно, морем. Глеб понимал, что Маша в первый раз на курорте, и хоть зимний Сочи совсем не Мальдивы, но она была так счастлива и так благодарна ему, что он исполнял любое её желание. А у него самого, в эти дни было только одно желание. Рыжая чертовка подобрала себе гардероб, чтоб не осталось ни единого шанса оставаться в спокойном состоянии. Платья неизменно были глубоко декольтированы или коротки настолько, что стоило ей немного пригнуться, были видны чулки и отсутствие нижнего белья, шорты и джинсы она никогда не застёгивала, пуговица была непременно расстёгнута и было видно край кружевных трусиков или заметно, что их там вовсе нет. Под платьем или топом всегда были видны торчащие соски, пышная грудь, лишённая бюстгальтера чётко вырисовывалась, двигалась под тонкой одеждой. На вечерние прогулки Маша набрасывала купленную ей Глебом короткую кожаную куртку, но более одетой не становилась, куртку она никогда не застёгивала. Было вульгарно и возбуждающе, женщины уводили своих мужчин подальше от Маши, ибо те, завидев её, не могли оторвать глаз от её фигуры. А одинокие мужчины от подростков до старичков оторопело провожали её взглядом, оборачиваясь вслед. А плутовка только смеялась, трясла волосами и проводила языком по пухлым губам. А для бассейна Маша подобрала такой купальник, который не оставлял никаких шансов для воображения, видно было всё, Глеба разрывало от постоянного желания, и он проклинал себя, что оставил её одну подбирать себе гардероб, надо было догадаться, что выберет себе Маша. Теперь приходилось терпеть, что вокруг неё всё время крутились мужчины, жадно смотрели на неё, пытались даже дотронуться, она была такой манкой, такой соблазнительной, что красавицы оставались в стороне, и всё мужское общество вертелось вокруг его Машки. Глеб никак не мог понять, что в ней такого, никогда никто не вызывал в нём такого горячего желания, ему хотелось её всегда. Вот она на побережье подняла какой-то интересный камень, короткая юбка оголила ягодицу, и он уже не в состоянии идти дальше… Вот она в ресторане пьёт что-нибудь, и её губы становятся влажными, она слизывает капли языком, и он теряет дар речи. А уж в бассейне, когда она выходила из воды, выжимала волосы и закидывала их за спину, её соски торчали, как два флагмана, а трусики вырисовывали чёткую линию женского лона, он стонал от желания. Даже просто стоя на берегу, когда она говорила ему, что у него глаза цвета зимнего моря, он чувствовал, как трепещет её тело под тонкой одеждой, и ему хотелось разорвать её. По нескольку раз в день Глеб затаскивал её в номер, задирал ей юбку или стаскивал шорты, чтобы снять напряжение, он неистово любил и целовал её до крови, до синяков, Маша была податлива и готова на всё и везде, а ночью, натанцевавшись на дискотеке, выпив немало алкоголя, они устраивали в кровати настоящие оргии. Глеб даже не понял, спали ли они вообще в эти пять дней, кажется нет…
Особенно запомнились последние две ночи. В ночном клубе Глеб встретил коллегу по бизнесу, они вышли с ним на улицу покурить и переговорить, Маша осталась в клубе. Когда он вернулся, он долго не мог её найти, пока не увидел, что она выходит из туалетной кабинки с мужчиной. Глеб грубо схватил её за руку, требуя объяснений.
– Тебя так долго не было, а мне хотелось коктейль, меня угостили, а я приласкала его орально. Ничего серьезного, он надел презерватив.
Глеб толкнул её к барной стойке, глаза его гневно сверкали.
– Чего ты там хотела выпить?
– Маргариту, коктейльчик.
– Десять Маргарит и пять раз виски, – сказал Глеб бармену.
– Давай пей, ты ж хотела, – приказал Глеб, когда бармен выставил перед ними батарею бокалов.
– Котик, я…
– Пей, давай.
Глеб почти насильно начал вливать в неё алкоголь, он был взбешён не на шутку. Кем она себя вообразила? Она здесь с ним, и не имеет права изменять ему. Достаточно уже того, что на неё и так капают со всех сторон слюни самцов. Стоило ему ненадолго оставить её, как она уже делает минет кому-то за выпивку, Глеб распалялся всё больше и больше. Он скрутил волосы Маши в жгут и намотал на свою руку, у неё выступили слёзы на глазах от боли, но ему было всё равно. Он вливал в себя и в неё алкоголь, сейчас он ей промоет рот как следует спиртом. Выпив всё, что Глеб заказал, он вытолкал её из клуба, взял сзади за шею и привёл в номер. Открыв дверь, он грубо впихнул её, так что она упала, от выпитого у неё сильно кружилась голова, и она распласталась на полу.
– Что выпила? Развлеклась?
Он опять схватил её за волосы и приподнял лицо.
– Ты здесь моя, понятно? – прошипел он – Вставай, пошли мыться.
