– И не получится. Но в кафе, бар я тоже не пойду.
– Тогда наш выбор МакАвто. Устроит?
– Я же сказала, что не хочу.
– Ты сказала, что не хочешь идти в общественное место, про то, что ты против кофе в моей компании, ни слова не сказала.
Элла рассмеялась.
– Ладно, подловил. Я, действительно, замёрзла, и кофе не помешает.
– Чего ещё взять? – спросил Глеб, пока они стояли в очереди в МакАвто.
– Ночью есть бургеры?
– Можно и картошку тоже. Чем эта еда хуже той, которую сегодня предлагали на дне рождении?
Взяв два больших пакета и стаканы с кофе, Глеб отъехал на парковку.
– Ты умеешь есть БигМак не обляпавшись? – спросил он Эллу, доставая еду из пакетов и раскладывая на передней панели автомобиля.
Элла покачала головой.
– Тогда я спокоен, потому что тоже нет, – протягивая ей коробку с бургером, сказал Глеб. – В бардачке есть салфетки.
Элла открыла бардачок, оттуда выпала упаковка презервативов.
– Салфеток тут немного, в отличие от другого, – сказала она.
– Это стратегический запас.
Они ели бургеры, таскали из одного пакета картошку, пили кофе и смеялись. Потом Глеб довёз её до дома, мягко остановив машину, он спросил:
– Может оставишь свой телефон?
Элла отрицательно покачала головой.
– Ну тогда может я тебе оставлю? Вдруг понадобиться личная развозка или захочется поесть чего-нибудь вредного на ночь?
– Сегодня – это исключение. Я не хочу, чтобы твоя Ира или твоя будущая девушка меня убили. У меня большие планы на жизнь.
Элла улыбнулась и выскользнула из машины.
А Глеб, взяв ещё кофе, долго катался по городу, курил, слушал музыку и думал. Думал о том, что никто ещё ему так не нравился, как она. Её улыбка и глубокие зелёные глаза, её смех и рассыпанные по спине волосы и эта прядка на глазах. Сердце сжималось, лицо горело, да что это с ним? Ему было и плохо и хорошо одновременно, что-то сладко тянуло в груди, в первый раз за всю его жизнь.
На пороге квартиры его встретил испуганный Вовка.
– Глеб, где ты был? Тебя с ночи Ира ждёт, пришла плакала, теперь, наверное, уснула.
– Ты какого хрена её сюда пустил? – Глеб перешёл на злой шёпот, он был готов убить Володю.
– Но она же твоя девушка.
– Ты забыл правило? Никого, кроме Влада, к нам домой не пускать, если меня нет. Это Влад?
– Нет, конечно.
– Тогда почему?
Глеб жёстко стал отчитывать брата, а тот, понурив голову, плакал.
– А теперь я ухожу, она проснётся, скажи, что я уже в универе.
– Я так не могу сказать, – жалобно произнёс Вовка, – сегодня воскресенье.
– Чёрт, – ударил кулаком в стену Глеб.
