Глеб быстро распрощался с больничной палатой, на нём всё заживает, как на кошке, лучше он долечится дома. Когда он сел к Владу в машину, тот объявил:
– У тебя дома Диана и Алла, они там прибрались, ждут нас.
– Алла? Я что-то не знаю?
– Мы помирились. Так что, братишка, я от тебя переезжаю.
– Как это тебе удалось? Она такая принципиальная, после всей этой историей с Машей.
– Она позвонила узнать, как ты, предложила помощь, ну и… Больше я ни на кого и смотреть не буду, клянусь.
– Я рад за вас.
– С тобой всегда была рядом Диана. Она…
– Я всё знаю, – прервал его Глеб. – Мне надо сейчас разобраться с Вовкой, включиться в работу, давай это обсудим позже.
Диана налетела на него с порога, обняла его, но он лишь довольно холодно обнял её в ответ и быстро отстранился. Глеб чувствовал себя опустошенным, хотелось побыть одному и всё обдумать.
– Ты прости меня, Алла, надо было мне Владу по башке треснуть, – сказал он.
– Хорошо, если вдруг он еще раз хоть на кого-то посмотрит, сразу бей.
– Уверен, что не посмотрит. Урок получил хороший.
Они вошли в комнату, где было побоище. Глеб прислонился головой о косяк. Да, ребята хорошо поработали. В комнате не осталось даже портьер. Но следы крови, их так просто не сотрёшь. Ею были забрызганы обои, пятна на полу. Влад, видя, что Глеб смотрит на пятно там, где брат пытался его убить, сказал:
– Мы пробовали отдраить пол, но никак не получилось.
– Ничего, прямо с завтрашнего дня найми бригаду рабочих, они в миг всё сделают, – сказала Алла.
– Уйдём отсюда, – предложила Диана, беря Глеба под руку, – пойдёмте лучше кофе выпьем.
Как только за Владом и Аллой закрылась дверь, Глеб спросил у Дианы:
– Неужели Дима был не против того, что ты целые дни была со мной?
– Мы давно расстались.
– Вот как? А говорил, что будет биться за тебя, как зверь. Что-то быстро сдулся.
– Я не смогла больше быть с ним. После нашей ночи, когда я к тебе приехала тогда, я его больше так и не допустила до себя.
– Бедняга, – усмехнулся Глеб.
– И я заставила его рассказать мне всю правду. Он сознался, что солгал мне, что ты там ему что-то говорил о себе. Он признался, что ты не отказывался от меня, и предоставил решить мне всё самой.
– А сама ты, конечно, не могла догадаться.
– Прости меня.
Что она делает? Он ей изменял, а она просит прощения?
– Хочешь поесть? Я тут кое-что приготовила, привезла с собой.
Глеб помотал головой и отвернулся, глядя в окно.
– Почему ты отталкиваешь меня, Глеб? Ты сказал, чтобы я сама решила, и я сделала выбор.
Нет, он так просто не сдастся. Надоело всё и все. Сначала «Глеб, люблю», а потом трепать нервы, ревновать, что-то требовать, высказывать претензии по поводу его характера или происхождения, выходить замуж за спокойных мужчин, а перед свадьбой лезть к нему в постель. Плавали – знаем. Он такой, какой есть, меняться не собирается, пошли все к чёрту!
– Слишком долго решала.
Диану качнуло, она схватилась рукой за стол, чтобы не упасть. Глеб смотрел на неё совершенно холодными глазами и не сделал попытки ей помочь.
– Это всё из-за неё? Из-за твоей француженки?
Но в ответ молчание и абсолютно пустой взгляд.
– Я, пожалуй, тогда поеду домой, – сказала Дана.
Глеб лишь пожал плечами.
Глава 55. Отчаяние
Диана вышла за дверь. Изо всех сил она пыталась сдержать слёзы, она навязывается к нему, а он не хочет. Какое унижение, опять она питалась ложными надеждами, мечтами, но ничего не вышло. Хоть на улице было довольно тепло, Диану трясло мелкой дрожью, она покрепче закутывалась в пальто, но это не помогало. Она шла и шла вперёд, не разбирая дороги, то садилась на скамейки, согнувшись пополам, то брела дальше.
– Девушка, с вами всё в порядке? – подошёл к ней кто-то.
Она кивнула и пошла дальше. Не в порядке она, нет, хотелось крикнуть. Но кому в этом большом и равнодушном городе нужен её крик? Как им объяснить, что растоптана женская гордость, забыто достоинство? Как мне жить без тебя? Зачем мне жить? Как приказать сердцу не любить? Глеб, позови меня… Позови, и я прибегу к тебе, а если не смогу бежать, приползу. Как мне вернуть тебя? Как? Она шла и шла, не чувствуя, как болят ноги от каблуков, не понимая, где она идёт. Она вся закоченела, но не чувствовала это, периодически накрапывал дождь, машины обдавали грязью, ей было все равно, лишь душевная боль всё сильнее и сильнее разливалась по телу, парализовала мозг, душила её.
И вдруг около неё затормозила машина, из пассажирской двери выскользнула рыжая девушка. Диана находилась в таком трансе, что не сразу её узнала. Маша с удивлением рассматривала её. Волосы растрепались в невообразимом беспорядке, пальто нараспашку, узкие джинсы местами забрызганы грязью, бледное лицо и такой ужас в широко распахнутых глазах.
– Диана? – спросила Маша.
Диана почти с воем бросилась Маше в объятия, крепко сжала её, уткнулась ей в плечо и разрыдалась.
– Эй, киска, мы едем? – спросил водитель автомобиля Машу – Здесь вообще то стоять нельзя.
– Тише, тише, – сказала Диане Маша. – Поехали с нами.
Маша подвела Диану к машине и усадила рядом с собой на заднее сиденье.
– Пьяная подружка? – хихикнул парень.
