– Чёрт тебя дери. Дай на сигареты.
Глеб отсчитал чётко на пачку сигарет, остальное отдал.
– А чего ты дома не возьмешь?
– Сам догадайся. Слушай, может, дома в сейфе ты возьмёшь немного, и принесёшь мне? Я тебе код скажу.
– Не, давай ты сам. Я не полезу в твой сейф, а мне мама даст денег, если надо.
– Мне надо.
– Так приходи домой, или я у мамы для тебя попрошу.
– Хрен с тобой. Ничего не надо. Одну просьбу выполнишь? Когда мать уедет, позвони Яне или Владу.
– Хорошо. Если всё, я пошёл, у меня вот-вот урок начнётся. Так ты пока дома не появишься?
– Нет.
Пошёл мокрый снег, Глеб замёрз окончательно. Ладно, у него ещё есть машина. Отогревшись в автомобиле и куря последние сигареты, Глеб поехал кататься, пока
не закончился бензин. Проведя ночь в ледяной машине, Глеба стало мутить от голода, поскольку уже два дня он не только ничего не ел, но у него не было даже денег на питьевую воду, кроме того начиналась никотиновая ломка. Лежа на заднем сидении автомобиля и бесполезно кутаясь в тоненькую куртку, Глеб внимательно изучал потолок. Чёрт бы побрал этого бестолкового Володю, чёрт бы побрал эту Мессалину – его мать, будь проклят тот день, когда какой-то идиот не надел презерватив, и зачал его и Володю, а мать не сделала аборт. Но раз уж так распорядилась судьба, ему надо закончить школу, поступить в университет, открыть собственное дело, купить свою квартиру и уже ни от кого не зависеть. Вычеркнуть из жизни Елену, пусть обезьянничает и дальше на камеру, ему будет всё равно. А Володю он прокормит, от этого никуда не деться. При мысли о еде, горячем кофе и сигарете у Глеба на глазах выступили злобные слёзы, его не на шутку трясло от холода. Но денег не было, идти было некуда, и бесплатным в этом городе не было даже сыра в мышеловке.
В пятницу (а это был четвёртый день его скитаний), и третий день без еды, воды и сигарет, хотя, впрочем, пару-тройку сигарет ему удалось "стрельнуть" у прохожих, Глеб к концу уроков подошёл к своей школе, карауля Яну.
– Боже мой! Глеб!!! – кинулась она к нему на шею. – Я все телефоны оборвала! Влад ходил к тебе домой. Что с тобой?
– Всё хорошо. Пойдем к тебе, ты можешь угостить меня кофе?
– Блин, сегодня пятница, у меня уже мама дома… Но, пойдем, ты подождешь, я что-нибудь вынесу. Тебе плохо? Сколько ты не ел?
– Три дня. И сигарету, ладно?
Глеб сидел на пятом этаже, ожидая Яну, уже от того, что в подъезде было тепло, ему стало лучше. Наконец, она вышла с термосом и тарелкой.
