Я киваю, и подойдя к умывальнику начинаю смывать кровь с рук и лица. Ранки неприятно щиплет из-за холодной воды. Акаши тем временем копошится в разных ящиках ища всё необходимое для обработки ран. Сначала мне всё же приходится раздеться, оказывается, у меня огромные синяки на спине и на левой стороне тела вдоль ребёр. Пальцы парня аккуратно смазывают тело мазью, а я в это время держу холодный компресс на щеке, по которой пришёлся удар. Потом принимается за сбитые локти и костяшки. Руки вообще перебинтовал до 1/3 плеча**. Висок и лоб были намазаны мазью и заклеены большим пластырем. Меня таким обклеила мама, когда я рассекла лоб. Акаши видит разбитую губу, и его взгляд темнеет, мне становится ужасно страшно.
— Всё хорошо, Сейджуро, — я кладу свою руку по верх его, — Я в порядке.
— Я скоро вернусь, а ты постарайся уснуть. — он целует меня в лоб, а перед тем как он уходит, оставив записку на столе мед.сестры, мне мерещится, что его левый глаз был с золотым отблеском. Видимо, меня хорошо головой приложили. Я накрываюсь одеялом, и засыпаю. Не заботясь ни о чём. Я слишком устала.
— Ты думаешь, он узнает, что это мы провернули? — спрашивает девушка, заправляя светлую прядь за ухо. Её пиджак весит на спинки стула, а сама она сидит на парте в одном из кабинетов Академии.
— Не знаю. — отвечает вторая девушка, что сидит на подоконнике, что-то ища в телефоне. — Даже если нас сдадут, я позаботилась о том, чтобы нам и слова не сказали.
А в этот момент на телефон пришло сообщение от той, кого они обе боялись и уважали…
Комментарий к Глава 15. Аннибалова клятва Аннибалова клятва – твёрдая решимость бороться с кем-либо или с чем-либо до конца.
*С'est la vie(фран.) – Такова жизнь.
**Плечо – имеется ввиду не бытовое название “плечо”, а анатомическое.
Пока я окончательно не разболелась решила пописать главы. Я конкретный лох, меня продуло.... Летом T_T
Ещё забыла сказать, ищу соавтора, хочу написать работу по аниме: “Класс Убийц”. Возможные пэйринги: 1)Асано/femАкабанэ 2)Акабанэ/femШиота 3) любовный треугольник из 2 парней и одной фемки.
Если кого-то заинтересовало, пишите в личку или в коменты!
====== Глава 16. Затишье перед бурей ======
Всех семерых девушек отстранили от учебы на целых две недели. В прочем, со мной хотели поступить так же, но уже по другой причине. Превышение самообороны, так это назвали. Но за меня заступились Акаши, и глава секции борьбы — Кагияма Рёма. Высказав в моё оправдание теорию о том, что в такой ситуация я должна была беспокоиться не о том, как не навредить противникам, а как остаться с целыми костями и органами. Да ещё и баскетболист от себя добавил, что нападавшие воспользовались тем, что я нахожусь на грани анорексии. За что я хотела его прибить. Медсестра зафиксировала все побои, и пед.совет встал на мою сторону. Меня даже отправили на неделю больничного, что собственно мне и не требовалось. Но зато в этом выгоду так ожидаемо нашел Акаши, мало того, что теперь мне не остаётся ничего больше, как есть целую неделю, так ещё Акаши собрался заниматься моим медосмотром. Я даже гадать не буду чем это закончится. И вот, когда заканчивается первый день моего внепланового отпуска ко мне довольно-таки поздно приходит Акаши и требует еды. Ну точно, сегодня же тренировка, да и май уже. Скоро начнутся отборочные на межшкольные, и там уж будет моя личная каторга, и видимо сейчас Сейджуро не зря меня откармливает. После ужина он раздевает меня и осматривает мои синяки, которые не такие уж и ужасные, но когда парень смотрит на них, то его взгляд становится в разы твёрже и жестче. На правой щеке всё ещё держится солидный отёк, а на виске и лбу уже запеклась корочка. Так же как и на губе. Но я уверена что чуть позже я её с удовольствием отдеру. Руки уже не особо болели, а вот колени ломило ужасно. Видимо, это мой придел. Пора наведаться к травматологу.
— Что-то ещё болит? — вот как в воду глядел. Я с разбегу запрыгиваю на кровать, и матерюсь, когда понимаю, что всё-таки я не всесильна, и мои синяки не просто пятна на теле.
— Да не, — отворачиваюсь от него, показывая свои торчащие лопатки с бугристыми шрамами. Но не как не лицо. Не хочу чтобы он знал, что у меня большие проблемы.
— Может хватит, Рей? — его голос холоден, и я понимаю, что он невероятно зол, — Я ненавижу, когда мне врут. А ты что-то зачастила с этим. Повторю вопрос ещё раз. Соврёшь, пеняй на себя. У тебя ещё что-то болит? — я всеми фибрами души чувствовала, что он невероятно зол, нет даже не так, он в ярости.
— Меня пнули под колени, конечно, у меня они будут болеть, — я не боялась его. Почти. Но где-то там внутри, мне было интересно, что он мне может сделать за моё маленькое враньё. Его алые глаза смотрят на меня изучающие. Ища подвох в том, что я сказала. Но я ведь не врала ему. Я просто недоговаривала.
— Лжёшь, — горячий шепот на ухо, от чего у меня даже ноги в судороге свело, — Может быть мне из тебя вытрахать правду? М?
