Они переглянулись и втянули головы в плечи. Я вздохнула.
– Ладно, все с вами ясно, лентяи.
– Мы не лентяи! – загомонили синхронно малыши, а Мика решил поумничать:
– Мы просто даем отдохнуть нашим магическим каналам, ведь перенапрягать их в детском возрасте вредно!
Я потрепала его по вихрастой голове и улыбнулась.
– Если так, то ладно. Но завтра утром жду всех на тренировке.
– Есть! – ребята вытянулись по струнке.
Отойдя на приличное расстояние, я поняла, что продолжаю улыбаться. Общение с детьми по-особенному влияло на меня. Я становилась более мягкой, заново училась радоваться простым вещам. А еще нашла подход к племянницам Дана, близняшкам Эйке и Тамине. Я гуляла с ними по утрам, и меня забавляло, как эти крохи между собой называли Эйдана дядей Котиком.
«Это потому что он милый», – сообщила Тамина.
С ней было невозможно не согласиться!
В раздумьях я пришла в сад. Цветы благоухали, испуская совсем уж дурманящий аромат. Дорожка петляла меж раскидистых кустов, и я ненадолго остановилась, чтобы полюбоваться на сочные зеленые листья и тугие бутоны лилий.
Я заметила связь этого сада с настроением господина Эйро. Первые два дня после нападения и ранения Саяны он был подавлен и зол. Тогда растения начали вянуть, листья печально поникли, а цветы закрыли свои лепестки. Но когда угроза жизни Алой Лисицы миновала, сад вновь расцвел.
Налетел ветер, качнув сомкнутые бутоны. Внутри что-то перевернулось, тепло заструилось по жилам, и на моих глазах цветы начали распускаться. На лепестках блестели клейкие капельки влаги, алая каемка напоминала нежное кружево.
Его слова в моих мыслях прозвучали так ясно, как будто он стоял у меня за спиной. Я почти не помнила его лица, но голос никогда не забывала. Это было своеобразное послание от предков, зов моей крови. Даже здесь, так далеко от места моего рождения, он меня настиг.
Я постояла еще немного, а потом медленно двинулась по дорожке. Я заметила госпожу Ардай издалека. Ее алые волосы горели на солнце, как яркое пламя. Саяна сидела на скамье у озера и вышивала, но при моем приближении вскинула голову.
Ее щеки вновь покрывал нежный румянец, вернулся блеск глаз. Она была прекрасна той особенной красотой, которая свойственна только женщинам, вынашивающим новую жизнь.
– А, Мирай, – она улыбнулась. – Посиди со мной.
– Приятно видеть тебя здоровой и полной сил, – я заправила за ухо прядь волос и опустилась на скамью.
Она отложила пяльцы и потянулась.
– Ох, спина затекла. Где моя молодость? Кстати, Эйдан с тобой связывался? Когда он будет дома?
– Уже скоро, – в голосе прозвучала тоска, хоть я и пыталась ее скрыть.
Лисица раздраженно фыркнула.
– Ох уж эти мужчины! Вечно где-то пропадают, а мы ждем, когда они соизволят вернуться.
– Ничего, я не жалуюсь. Знала на что иду.
И это было правдой.
– Пусть только попадется, я ему устрою! – она погрозила кулаком воображаемому деверю.
– Что я опять натворил? Мне уже страшно! – раздался голос за нашими спинами, и из кустов вывалился сияющий, как медный кувшин, Эйро.
– Да я не о тебе, не бойся, – Саяна отмахнулась.
Ее муж поймал изящную кисть и поцеловал, а я залилась румянцем от этих прилюдных нежностей.
Боги, как же я соскучилась по Дану! Нет сил, как хочется сообщить ему радостную весть.
А вот новость о нападении на столицу Сеттории и явлении демона потрясла не только соседей, но и весь континент. Никто больше не чувствовал себя в безопасности, настроения бурлили и бродили как варево над огнем.
Но не меньшим потрясением для всех стало известие о смерти императора Рэйни. Говорили, что неудача в Сеттории стала для него настоящим ударом и он принял яд. И теперь Эйдан отправился в столицу, чтобы поддержать одного из претендентов на трон – человека, симпатизирующего Ардаям. Дядю покойного императора.
Что-то подсказывало, что без участия Эйро тут не обошлось. Да, он остался защищать свой дом, был веселым, приветливым и готовым помочь. Но нельзя забывать, что много лет его душа была спаяна с душой демона. А они хитры и коварны.
– Сестренка, не грусти, – обратился ко мне старший Ардай.
После того случая он называл меня не иначе как сестренкой, выказывая уважение и признательность. А обрести еще одного брата – это такое счастье.
– Осталось потерпеть совсем немного. Скоро твой муж вернется домой.
– Конечно, так и будет, – ответила я преувеличенно бодро. – Я пойду. Можно?
И я оставила этих двоих наслаждаться обществом друг друга. При взгляде на них на душе становилось теплее. Но вместе с тем я завидовала им. Немного. Самую капельку. Понимала, что это не правильно, но ничего не могла с собой поделать. Было тоскливо без Грома, ведь Молния не может без него, как земля не может жить без дождя.
Я задержалась на открытой террасе и, сложив руки на груди, придирчиво оглядела цветы в горшках и новые кресла. Непривычно выбирать утварь, занавески и посуду, когда еще недавно сражалась, готовая убивать и умирать, а вокруг бушевало пламя.