– Интересно! А кто кричал во всеуслышание, что любой житель Сеттории может адресовать тебе личную просьбу и ты со всем разберешься? Думать надо было, когда языком трепал.
– Я не знал, что обращений будет так много! Посмотри, у меня уже мешки под глазами, – он ткнул указательным пальцем себе в лицо.
– Зато ты хороший управленец. И люди тебя слушают.
– Еще бы они не слушались человека, который владеет четырьмя стихиями и может уничтожить их по щелчку пальцев, – произнес он с нескрываемым сарказмом и щелкнул пальцами. – А что касается вчерашнего… Хватит на меня так смотреть, Эй! Ты прекрасно знаешь, почему я должен получать положительные эмоции и веселиться.
Я ушел прежде, чем закончился праздник, но уверен, люди не устанут обсуждать вчерашнее событие следующие полгода. Эйро и в юности был зачинщиком гулянок и беспорядков, несмотря на знатное происхождение и ответственность, лежащую на его плечах.
– Иногда мне кажется, что у тебя на уме только веселье и Саяна.
– Потому что только они сдерживают ЕГО! – брат смахнул бумаги на пол, глаза его сверкнули.
Между нами стремительно нарастало раздражение.
Я сжал переносицу и закрыл глаза.
– Прости. Может, тебе успокоительного отвара принести?
Эйро отодвинул кресло и с бунтарским видом закинул ноги на стол.
– Дожили, – начал ворчливо. – Ты меня еще жизни учить будешь! Мальчишка, которого я носил в переноске на груди и который на меня же мочился.
– Я давно не мальчишка. Как и ты.
Внезапно он снова повеселел.
– Но ты не можешь отрицать, что после вчерашнего вечера Сеттория и Шиссай стали капельку ближе.
О да. Еще как стали. Особенно два конкретных представителя этих стран. Полночи вели дипломатические переговоры.
– Не думал, что ты так рассвирепеешь, увидев, как я по-дружески обнимаю госпожу Мирай.
– Ты сделал это специально?
Боги, как я сразу не понял? Кровь слишком сильно ударила в голову.
– Конечно! Я хотел, чтобы ты начал шевелиться.
Если бы не эта маленькая хитрость, кто знает, чем закончился бы вчерашний вечер. Наверное, стоит даже поблагодарить Эйро.
– Ладно, хватит, – я примирительно поднял руки. – Закончили. Какие еще новости?
Брат замялся, явно не желая говорить. Но вскоре сдался.
– Мне тут пришло приглашение, – он вытащил из ящика кожаный тубус для документов, перевязанный золотой тесьмой. – Посетить сердце нашей доблестной империи. Дворец императора Рэйни.
Нехорошее предчувствие вихрем пронеслось по венам, стирая остатки ночного блаженства. Я нахмурился и спросил:
– Ты говоришь мне об этом только сейчас?
– Не хотел портить праздник, – процедил брат с каменным выражением лица.
– И что от тебя нужно императору?
Я всегда говорил о нем с сарказмом. С чего вдруг этот холеный идиот решил обратить взор на окраины своих земель? У него нет ни ума, ни воинской доблести, зато есть золото и армия приспешников.
– Наверное, решил собрать своих блудных сыновей под отчим кровом? – предположил Эйро вполне серьезно.
Я усмехнулся.
– Сыновей? Да ты сам ему в отцы годишься.
– Я что, по-твоему, такой старый? Да мне всего-то тридцать восемь лет!
– Я же говорю. Старик.
– Ой, хватит! Шутки – это не твое, Эйдан, – он скрестил руки на груди и продолжил задумчиво: – С другой стороны, что хорошего принесло столетие феодальной раздробленности нашему континенту? Когда-то империя Тартис процветала, но уже много лет ее осколки точат друг против друга ножи и грызутся, как собаки.
– Потому что им не хватает сильной руки. Настоящего императора, которого будут уважать. А не его бледное подобие, – я сосредоточил взгляд на брате и решился произнести то, что крутилось в голове не первый год: – Из тебя вышел бы хороший правитель, Эйро. По крайней мере, тебя бы боялись.
Брат побледнел и уставился на меня недобрым взглядом. Он мог казаться грозным, когда хотел.
– Что ты такое говоришь, Эйдан? Род Рэйни принадлежит к последнему из великих кланов древности.
– Да, последнему. Потому что два других перебили друг друга лет триста назад, а О-Юри велел устранить старый император. Вот и остались Рэйни последними.
Считалось, что от богов, создателей всего сущего, пошли четыре рода: императорский, печально известный род потомков богини Луны и два других, о которых уже мало помнят. Они дали основу для возникновения и развития других кланов.
– Все очень просто. Род Лилий стал опасен. А опасных предпочитают убирать, нежели договариваться, – заключил с сожалением брат.
– Наш род тоже опасен, Эйро. Многие признают силу Ардаев. Многим мы как кость в горле. Шиссай не единственный, кто хотел нас уничтожить и присвоить наши земли.
Слабаку-императору выгодно, чтобы роды воевали друг с другом и не обращали внимания на него. Но однажды кто-то может прийти и за его головой.
– Я хочу видеть тебя новым императором, брат. Я помогу тебе, если пожелаешь.
Между нами как могильная плита упало молчание. Я знал, что моя идея придется Эйро не по душе.
– Ты хочешь повергнуть континент в пучину новой масштабной войны? – спросил он, и в голосе прозвучали металлические нотки. – Я не дам этому случиться!
– Ты – достойнейший, – произнес я с нажимом.