И утопить
Все люди этой долбаной планеты делятся на слабых и сильных, наивных и хитрых, больных и здоровых.
Я всегда был сильным, хитрым и здоровым. Она – слабой, наивной и больной. Не физически, а морально. Настолько разбитой, что мне не пришлось даже стараться, чтобы надеть на нее воображаемый красивый ошейник с адресником в виде сердечка, на котором написано «Валери Лэмб», а на обратной стороне «Если потеряется, звоните по номеру…»
Еще щенком ее не любили и кормили дерьмовым кормом. Неправильно дрессировали и плохо выгуливали. Поэтому, встретив добрые руки, она, не задумываясь, бросилась в них.
Когда я был щенком, то меня били, пинали и сажали на цепь. Добрых рук так и не нашлось. Но мне удалось стать сильным.
Все было прекрасно. Валери радовалась моему приходу домой, озорно виляла задницей, когда я покупал ей сладости и смеялся над тем, как она дурачится. С благоговением смотрела мне в глаза во время ласк и почесываний за ухом.
Но, как и любой ответственный собаковод, я был обязан воспитывать ее не только в доброте, но и в строгости. Ведь все мы знаем: стоит отпустить у собаки поводок, она почувствует свободу.
Мои наказания всегда были обоснованны: невыполнения команд наказывались кнутом, а не поощрялись пряником. Эта сука (в прямом смысле этого слова) была готова есть из моих рук… пока от них не отбилась. За что и поплатилась.
Правда, я допустил небольшую оплошность, решив, что довел дело до конца. Но оказалось, что на Валери даже раны заживают как на собаке. Единственное, что у нее отсутствует, – верность. Она убежала, виляя хвостом, в более теплый дом и ласковые руки.
Валери и ее придурок думали, что я их не найду. Смешно. Мне просто потребовалось время, несколько смазливых улыбок, широких жестов и подарок сучке-детективу в виде великолепного оргазма, чтобы добыть все, что нужно. Не всегда стражи порядка действительно отвечают за порядок, чаще всего они способствуют беспорядку.
Я листаю ее профиль и чувствую, как по венам разливается лава.
Надеюсь, этот идиот сделал ей прививку от бешенства, потому что она явно не в себе.
Может, ты и умеешь плавать по-собачьи, милая, но рано или поздно я все равно тебя утоплю, как побитую дворняжку в луже.
Так и знал, что нужно было заводить лабрадора.
– Рик сказал, что фотографию нужно опубликовать перед выходом! – кричу я Валери, ожидая ее около лестницы.
Мы сделали фотографию сегодня утром. На ней я целую Валери в шею рядом с родимым пятном. Ее плечи покрывает легкий слой песка (понятия не имею, где она его раздобыла), а в волосах – гибискус. На наших телах танцует тень от пальмы, которую Валери попросила привезти Грейс из дома (кто вообще выращивает пальмы в домашних условиях?). Мои волосы мокрые, а торс покрывают капли морской воды (обычной воды из душа).
Фотография действительно получилась очень реалистичной и чувственной. Не говоря уже о том, что я был бы абсолютно не против сделать еще несколько снимков в других позах и без лифа ее купальника.
Вчера вечером по пути домой Валери уснула. Мне было жалко ее будить, зная, что у нее и так проблемы со сном. Я сидел рядом, думая о том, как кардинально изменились наши жизни за каких-то полгода. От случайной встречи в коридоре академии (где она смотрела на меня, как на залипшую в волосах конфету, а я на нее – с восхищением) до объятий, которые ни разу не были фальшивыми. До ужаса пугающей связи между нами. До желания защитить друг друга. Кажется, мы были рождены, чтобы стать одной семьей, пускай даже ненастоящей. К сожалению, каждому был дан свой мир и чудовищные люди в придачу.
Я не шутил, когда сказал Валери, что она воровка. Ведь несмотря на время, годы и чертову гору проблем, она украла мое сердце девятнадцать лет назад.
Безусловно, у меня были чувства к другим женщинам. Одной из них я даже хотел предложить стать моей женой. Нейт думает, что у меня до сих пор душевная травма, а Саманта разбила мое сердце.
Он ошибается.
Да, ее поступок сыграл реквием на струнах моей души, но она не уничтожила меня, потому что это сделал Саймон.
Я смотрел на Валери, наверное, несколько часов, а потом подхватил на руки, занес в дом и положил в
– Валери! Ты скоро? – зову я, посматривая на часы.
