— Она дома одна, ждёт тебя… Удачи, милый мальчик… завтрашний мужчина. — сообщила Люба, после звонка Светлане.
— Что-нибудь передать вашим?
— Моим? Снохе, вроде всё равно, где я. Сыны в отъезде. Мужу…?
— Вы замужем? И изменяете!?
— Так, сынок, слушай! Если кого-то полюбишь, если будешь ценить её, желать ей удовольствия от соитий, то не пей много алкоголя. Это путь к импотенции. Конечно не постоянной, но…. Любимой твоей будет неприятно принимать тебя пьяного. Не бухай! Понял…? Ну вот и отлично.
***
(18 35)
— Куда это он рванул на ночь глядя? — спросил Николай у Любы.
— К Светлане. Не захотел моего полного тела — ему стройняшки по вкусу.
Николай хотел возмутиться, но быстро передумал: пусть хоть с "салфеткой" начнёт половую жизнь перед призывом.
А потом был неплотный ужин, горячая парная с обильным количеством горячей воды, от которой кунки женщин распарились до алого цвета, невероятной влажности жара в глубине, у самой матки, и внутри неё. Поры слизистой беспрепятственно пропускали секреты сладости.
Началась оргия с любовных ласк самочек о тела самцов, о их, готовые к действию, члены. В иной момент женщины дразнили отца с сыном, целовались меж собой, лакали из мисок блаженства. Потом переходили к устам мужчин, предлагали им облизать влагу вагин.
— Сынок, ты соскучился по Тамаре? Иди, вспомни какие позы она принимала по твоему хотению.
— Бать, я сегодня не усну, пока не изолью весь запас семени. И Любочку, и Томочку буду сношать.
— Как же я жалею, что раньше не пришла на твою дачу, подруженька Томочка.
— Наслаждайся сейчас, Любаша. Мальчик мой, как ты хочешь взять свою первую женщину?
— Мне понравился смак ваших писек. Вначале напьюсь им, высушу тебя.
Тамара легла на кровать в большой комнате дома Николая. Подняла "рога троллейбуса" к небесам и принялась корректировать голову салаги относительно желаемых ею раздражений. В основном клитору доставалась большая часть поцелуев, ласк пальцами и к тому моменту, когда парень осушил вульву, она находилась у края пропасти, именуемую экстаз!
Сквозь пелену счастливых слёз на глазах, она видела, как отец её партнёра, изливает из трепещущего члена сперму на лицо Любаши. И вскрикнула от мощного натиска члена в самую глубь вагины. Парень продержался до того времени, как Тамара наконец-то ощутила, что сегодня она не простой бак для спермы. Обняв молодого любовника конечностями, покрывала его поцелуями и омывала лицо слезами благодарности.
Пары присели к столу, смочили горло вином и выслушали рассказ Любы, как она мастурбировала на пару с Юриком. Хохотали до боли в скулах и слёз из глаз.
— Мальчики, я не знаю где здесь водоём, а купаться хочу. Прогуляемся?
— Да. На закате вода в пруду парная. Но я без плавок. — сказал молодой мужчина.
— В трусах уже безнравственно купаться? — спросил отец.
— Вообще-то и я без купальника…. Как дура, не глянула что хватаю, взяла пакет с платьем такого же колера. — пожаловалась Тамара.
— А сейчас там народу…. Не найдёшь укромного местечка. — напомнил Сергей. — И к тому же у меня от мыслей, что наши дамы будут купаться голышом при народе, встаёт…. Действительно встаёт! Итак, Любонька, чем порадуешь?
— Никому я это не позволяла…. В попу хочешь, милый мальчик? — решила скрыть полуденный анальный акт Любаша.
— Здесь следует уточнить. В мою или в твою…?
В твою — ЖЕЛАЮ!
— А тебе, Коля, что хочется? Неужто баиньки…? Не-е-ет, пока я не взмолюсь о пощаде, никакого сна вам, мужчины! — она на четвереньках подобралась к лежащему на диване мужчине, принялась за реанимацию чресл.
В прошлой жизни ей приходилось выполнять просьбы мужчин пососать вонючие члены, закусить, так сказать, натуральным протеином. Но можно утверждать — при всей кажущейся опытности, навыка, чтобы значит от души, истинно, ублажить мужчину минетом, у Томы не было. И вот сегодня ей захотелось именно НАКОЧАТЬ пенис Николая для своих нужд.
А уж старательности у Томы предостаточно (не зря на производстве ценят). Приступила она страстно, можно сказать, яро.
Не любил Николай разные перверсии в соитиях — ему было достаточно традиционной и позы сзади. Но участие в оргии; мысли о Юрике, наконец проявившем интерес к противоположному полу, о том, что рядом Серёжка сношает пышку в жопу, пробудили животные страсти. Он знал, что одна из этих женщин будет салфеткой, другая (так как от соседства не избавиться) сморкательным платком и поэтому обратил внимание на старание Томы. Посмотрел, как проваливаются щёки при вакууме во рту, как, то вытягиваются, то проникают меж её зубов губы, влекомые его членом.
От возбуждения у него пересохло во рту. Ему вспомнилось, что сын пожелал утолить жажду пиздатым соком. Николай спросил себя:
Ты бы стал пизду лизать
у женщины чужой,
согласился бы ласкать
её пирог срамной?
