— Его Святейшество решил воскресить времена великих походов для завоевания утраченного. Смелое решение, но после Флоренции эти слова заставляют к ним хотя бы прислушаться, а не посчитать… просто словами. Я всего лишь графиня Форли и Имолы, мне далеко до герцогов Милана или Флоренции, не говоря уже о Неаполе, но… Это заинтересует тех италийцев, кто захочет новых земель, золота, славы. После того как ваш отец, Чезаре, покажет, что слова превращаются в дела.
— Армия Святого Престола уже собирается, — вежливо напомнила Бьянка о том, что Катарине и без того было известно. — Она будет расти и дальше.
— Будет расти… войско Святого Престола, — эхом отозвалась Тигрица из Форли, особенно выделив последние слова. — Пусть оно станет большой угрозой врагам христианского мира, тем самым, что отделены от нашей солнечной Италии Средиземным морем или несколькими странами. Юг — именно туда лежит путь войска.
Сами слова, интонация — всё более чем говорящее. Показывает опасения вассалов Святого Престола относительно того, что собираемая сила может ударить сначала по ним, а Крестовый поход… он ведь может и подождать. Никто даже не удивится такому промедлению. Италия же! Учитывая, что с «турецким пополнением» к двум тысячам наёмников из Италии и Кастилии с Арагоном прибавилось почти пять тысяч вояк, спешно подготавливаемых и переобучаемых… Противостоять такому числу, причём отнюдь не новобранцев, в италийских землях мало кто мог. Разве что Неаполь с Венецией, да ещё Флоренция, но последняя теперь являлась союзной Борджиа. Не зря же и у Изабеллы, герцогини как бы Миланской, но на деле проводнице интересов Неаполя, на лице отразилось явное, ничуть не скрываемое беспокойство. И вот его я, основываясь на консультациях с «отцом», мог развеять. Правда поверят мне или нет — это уже вопрос десятый.
— Юг — это хорошо. Хотя на юг от Рима и находится Неаполь, но там собираемому войску явно нечего делать. Разве что если король Ферранте вдруг сам решит пригласить нас. Хотя зачем ему это может понадобиться — большой вопрос, ответа на который я пока не нахожу.
В моих словах прозвучал не слишком явный, но всё же посыл, адресованный именно Изабелле. Дескать, Рим не желает вражды с Неаполем и не копит против него силы. Более того, в принципе рассматривает возможности взаимодействия… против кого-то третьего. Интересно, герцогиня Миланская поймёт или не слишком? Вопрос, однако! Она — это не её дед, тут и «труба пониже, и дым пожиже», хотя отец герцогини, Альфонсо, тот вообще как правитель ноль без палочки. Так что будем посмотреть.
Оп-па. Уже посмотрели. Изабелла резко так вспомнила про то, что ей надо сопутствовать мужу, величаво удалилась. И явно не к Джан Галеаццо. Навернякабудет сейчас отцу пересказывать мои слова, стремясь ничего не упустить. Ну-ну! Не уверен, что сам Альфонсо поймёт послание, но вокруг него есть и другие, куда более подкованные в тонком искусстве интриги.
— Скоро дома Борджиа и Сфорца породнятся между собой, — с тонкой улыбкой-усмешкой на точёном, породистом лице вымолвила Тигрица из Форли. — Как вы думаете, Чезаре, что принесёт с собой эта свадьба?
— Она состоится ближе к концу лета, Катарина. А что до вашего вопроса… Многое будет зависеть от тех из рода Сфорца, слова и дела которых влияют на остальных. Желания и стремления разных людей, они редко полностью совпадают. Вы и Асканио Сфорца, Джан Галеаццо и Лодовико.
— Как и Борджиа. Вы и Хуан…
— Это тоже верно, — не стал я ни опровергать, ни тем более смущаться. — Родная кровь, текущая в жилах, есть лишь увеличение шанса на то, что интересы людей будет приближены друг к другу. Но быть в этом уверенным нельзя. В конце концов, Каин и Авель тоже были очень близкими родственниками, братьями.
— От Вашего Высокопреосвященства услышать отсылку к Библии. Я удивлена.
Язвит, стерва, но умело, к месту, грамотно выбирая время и ситуацию. А может НЕ язвит, под «внешним слоем» маскируя нечто иное? С графиней Форли всё может быть далеко не так просто, как кажется даже на второй взгляд, не говоря уже о первом. Попробуем прощупать
— Лучше я буду на неё ссылаться, нежели Савонарола и ему подобные. Увы, но его ересь находит отклик слишком у многих. И не только в землях Италии, но и там, где он теперь.
— Сейчас он во Франции, в гостях у короля Карла VIII.
— Ересиарх в гостях у христианского монарха, доброго сына матери нашей Церкви, — тяжко вздохнул я, играя в меру отпущенных мне сил, но так, чтобы было видна именно игра. Тем самым показываю, что как был кардиналом лишь по формальным признакам, так им и остаюсь. — И с этим отлучённым грешником, упорствующим в грехах своих, встречаются самые разные люди. Аббаты, епископы… даже кардиналы.
— Не только французский, — непонятно пока с какой целью, но подхватила тему Сфорца. — Сам же фра Савонарола проповедует о скором триумфальном возвращении в италийские земли, объявлении Флоренции «Божьим царством» и сокрушении великого грешника, своим присутствием оскверняющего Святой Престол.
— И что, ТЕПЕРЬ в это готовы верить?
