А он медлил до тех пор, пока на заре пятого дня после гибели "Громовержца" не заметил на склонах холмов к востоку от Астарты частые вспышки сигнального прожектора. Рубинового цвета луч становился видимым только сквозь светофильтр бинокля. Гвардия Ганы пришла.
К вечеру ветер нагнал мрачные тучи, стал накрапывать дождь, усилившийся, когда стемнело. Тогда защитники Астарты пошли на прорыв.
...Вдали ударил разрыв, второй, третий... Арни молча бросился на раскисшую от дождя землю, товарищи последовали его примеру. Осветительная ракета с визгом разогнала темноту, белое пламя, разгораясь, отражалось в пузырящихся лужах. По земле заскользили быстрые тени. И еще раз ночь вспыхнула светом. В небе одновременно висело не менее трех мерцающих рукотворных солнц, стрельба возобновилась.
Арни хорошо представлял себе расположение невидимых в темноте позиций врага. Снаряды рвались, сея панику, в тылу чистильщиков. Дерек выверенным огнем своих батарей пробивал коридор для прорыва. Земля гудела и вздрагивала. "Как удалось ему сохранить легкие орудия? Сейчас они решают нашу судьбу
Тишина навалилась сверху, мягкая, оглушающая. Арни привстал, карабин наперевес. Будто по волшебству вспыхнул ярчайший свет - световые бомбы, выпущенные с последними залпами орудий Дерека, повисли на парашютах над полем боя.
- Анно! Анно хурраг!
Выкрикнув боевой клич, Арни бросился вперед, а за ним и по сторонам нарастал многоголосый гортанный вой.
- Анно хурраг!
Убей врага.
Сборщик отбросов не мог нарадоваться на контейнеры, которые он принимал из Гнезда. Жрут там, в три горла, объедков горы - не только свинье, человеку хватит. Выгодный подряд. Так... не ошибиться бы. Он пересчитал контейнеры - вот этот, третий с конца. Не стал опрокидывать его, а лишь наклонил, пользуясь рычагом. Двузубыми вилами торопливо сгреб верхний слой, обнажив деревянное двойное дно. Постучал, приподнял доску.
- Живая? - он помог Сави выкарабкаться, - Боялся, что задохнешься.
- Воздуху хватило, а вонищу эту я всю жизнь помнить буду. И так ем мало, а теперь вовсе не стану - навсегда аппетит отбило. Что за нос у вас такой нечувственный?
- Привык, за тридцать-то лет. Переодевайся, быстро. Нынче ты - деревенская девушка, Господь тебе помоги никогда больше не попадать в такие места, как Гнездо.
- И такие тоже, - тихо засмеялась Сави, косясь на покинутое ею убежище.
Она быстро сменила одежду наложницы на грубое, скрывающее фигуру платье. Нисколько не смутилась, представ перед мусорщиком на несколько секунд совершенно голой. Тонкое белое тело, острые грудки, плоский живот с выбритым лобком...
- Этот стикс отвезет тебя. Держись спокойно, смотри нахально - ты племянница Ханны из Флаверы.
Старик поцокал языком.
- Лет бы мне минус сорок... С Богом, девочка!
- Что это? - Вага спросил для виду, лишь бы не молчать. На плотных листах кремовой бумаги они с Брендой всегда оформляли смертные приговоры.
- Торопишься, Бренда.
- А ты, как всегда, сомневаешься. Погоди, дай сказать! Я соглашусь с любым твоим решением. Но рот затыкать мне не смей.
Наоми вины своей никогда не признает, но с поражением смирится. Готова вернуться к прежнему своему образу: незлобивая, приветливая, всегда выслушает внимательно... И немного себе на уме... Такая - она всегда тебе нравилась. Другим тоже. Мы поворчим, поворчим, да и примем блудную дочь обратно в семью.
А теперь скажи, ты веришь рассказу о ее прошлом? О фантастическом путешествии через океан? Давно не веришь, понятно. Почему же так и не попросил рассказать правду? Почему никто из нас не полюбопытствовал? Отвечу: мы молчали в тряпочку всякий раз, когда вопросы были ли бы ей неприятны.
А ее талант становиться на короткое время невидимкой в глазах окружающих? Да-да-да. От Пини она вообще не таилась, когда выпроваживала ее с "Громовержца". Кстати, Пини стала невидима вместе с ней! Да ты ее первый побег вспомни! Как не мордовала потом я бедного парня - стоял на своем: не спал, мимо наверх никто не проходил. Последний раз она выкинула этот фокус с моими ребятами, а ты покатил на меня бочку, что я тебе вру!
Но, не это - главное. То, что сейчас скажу - знаю пока я одна. Ее невиданные победы и столь же чудовищная заключительная ошибка объясняются просто...
Аргументы Бренды были бесспорны, неопровержимы. Но соглашаться не хотелось.
- Никогда не верил в чепуху про "сташи".
- И не верь. Она - человек. По крайней мере, во всем, что касается боли и страха умереть. Эгоистка до мозга костей, до подлости - тоже человеческая черта. Когда Пини ей надоела... Хотя вот это - к лучшему. Не знаю, сама ли Пини смогла освободиться от ее власти, но мы с тобой видели, чего ей это стоило.
Но есть то, что отличает ее от нас. Что больше всего поражает в феерической карьере Наоми, так это нелепость избранного пути. Достаточно было ответить согласием на твои домогательства, и власть на другой день упала бы ей в руки. Оставалось бы убрать или передвинуть местами некоторые фигуры. Твоей естественной смерти можно было дожидаться, а можно...
- Замолчи!
