Хозяйка со свитой собиралась покинуть нас завтра утром. По ее приказу работы закончились на три часа раньше, обед был обильным, и дали немного вина. Гуляй, народ.
Причальная мачта располагалась в двухстах метрах от конторы за пределами ограждения. «Ариэль» — так назывался дирижабль, висел невысоко над землей, почти недвижим, только слегка разворачивался при небольшой перемене ветра.
Я рассказывал Ригли о дирижаблях, о своем полете и о том, что, как оказалось — лично знаком с Хозяйкой.
— Только счастья мне это не принесло.
Ригли чинно держала меня под руку, игнорируя насмешливые взгляды окружающих.
— Эй, Нат! На младенцев потянуло?
Я тоже держался — ноль вниманья, фунт презренья. Через два года Ригли расцветет в прелестную девушку. Что мешает мне заранее подбить под нее клинья? Примерно так же я объяснил ситуацию Ригли. Но она все переворачивала разговор на Хозяйку.
— Ты ее обидел. А она — очень хорошая.
Ригли было не переубедить даже ссылками на ее собственную судьбу. Четыре года назад ее отец имел дело в Вагноке, но разорился и был казнен — закон тогда отличался большей свирепостью. Мать Ригли покончила с собой. Поскольку вина по законам Хозяйки обязательно падала на всех родных, то семилетняя Ригли угодила в тюрьму. Когда же Хозяйка затеяла эпопею с восстановлением Тира, Ригли отправили сюда. В ее понятиях — это было равноценно свободе.
Как и вчера, подошел охранник, смерил взглядом.
— Хорош прохлаждаться! В контору!
Я заявил, что должен переодеть рубаху, грязная вся.
Он заржал.
— Там переоденут. Хозяйка забирает тебя с собой.
Подошли несколько его напарников, оружие наготове.
— Пошел!
Я едва успел проститься с Ригли. Пока меня вели в контору, передо мной все стоял ее отчаянный взгляд.
Запертый в одноместной каюте «Ариэля» — я сжимал в досаде кулаки, пока наземная команда заканчивала погрузку. Хозяйка возжелала прихватить с собой две сделанные нами при земляных работах находки: обломок колонны с идущими по кругу надписями на древнем языке и прекрасно сохранившуюся мраморную статую юноши в лавровом венке. Оба ящика только что поместили в грузовой отсек.
Было еще кое-что, усилившее мою депрессию. Перед тем, как взойти под конвоем на борт, я успел заметить люк в днище гондолы. Он был закрыт, но видно было, что открывается наружу и предназначен для сброса бомб.
Пол мягко уперся в мои ступни — «Ариэль» взлетел. Внизу медленно поворачивалась панорама поселения. Загудели моторы, мы легли на курс. До прибытия в Вагнок оставались сутки. А спустя четверть часа за дверью моей каюты началась суета. Несколько пар ног мягко промчались по коридору, до меня неразборчиво долетели отрывочные возгласы. Затем дверь распахнулась.
— К Хозяйке! Быстро!
Офицер, стоящий навытяжку перед Хозяйкой, был бел, как свежевыстиранные кальсоны. Хозяйка спокойно роняла вопросы:
— Вы досматривали груз?
— Да… Перед упаковкой.
— И все?
— Да. При погрузке пломбы нарушены не были…
— Не были или вы тоже не посмотрели?
— Н-нет… Не посмотрел. Простите…
— Прощаю, — она кивнула на дверь, предлагая виновному убираться вон.
Ей богу, когда он выходил, его шатало. Но я почти не обратил на это внимания, потому что во все глаза смотрел на сидящую на диване рядом с Хозяйкой Ригли. В бесформенном своем балахоне, растоптанных башмаках она выглядела на редкость нелепо. И, все равно, была прекрасна.
— Ты могла замерзнуть, — с мягким упреком обратилась к ней Хозяйка, Грузовой отсек почти не отапливается.
— А я в стружку зарылась. Рядом с этим каменным мальчиком мне места хватило! — Ригли прыснула.
— Сейчас тебя отведут поесть, выпить горячего. Ступай.
Ригли озорно усмехнулась мне, почти незаметно, но от Хозяйки не укрылась.
— Иди, Реджина… Мне надо поговорить с твоим другом наедине.
Когда за Ригли захлопнулась дверь, Хозяйка занялась мною.
— Вот, оказывается, на кого ты меня променял.
Я молча игнорировал упрек. Говорить с ней не по делу я не собирался. Но, Ригли! Какую она сыграла шутку, и чем это для нее обернется?
— Нат, я приглашаю тебя посетить мою столицу.
— Принимаю.
— Ты видишь, что спокойно теперь можешь покидать Тир?
— Вижу.
— У меня к тебе будет просьба. Да садись, Бога ради!
Я сел, но не рядом с ней, а в плетеное легкое кресло. Кивнул, дав понять, что внимательно слушаю.
— Мне нужен новый глава поселения.
— Нет.
— Подожди, не горячись. Ты — честен, лидер по натуре. По хорошему честолюбив — такие люди мне нужны.
— Не намерен быть главным надсмотрщиком над толпой несчастных, полуголодных рабов.
— Не руби с плеча. Подумай. Все получат свободу. Пока в пределах создаваемого протектората Тир. Работать за плату, часть ее я резервирую за каждым на его личном счету в банке Вагнока.
— Только сними охрану — народ разбежится.
— Нет. Куда бежать? В Эгваль — путь далек и труден. На территориях, подвластных Острову — везде, кроме Тира — беглец будет нищ и бездомен. А в Тире — у него есть дело, каким можно гордиться — я позабочусь создать подходящее общественное мнение.
Ты будешь хозяином Тира! По своему согласию и волею его жителей. Думаешь — у меня есть другое население для него?
