Джек хмыкнул, но в этом заявлении она была совершенно искренна.
– Я принесла немного пирога.
Пиро смущенно улыбнулась.
Вот это я называю разводка. Нам надо как-нибудь в паре поработать. Я даже засмотрелся, но времени на нежности не осталось. Что-то подсказывало, что город готов схлопнуться, так что я врезал Ястребу Джеку, вырубив его отличным апперкотом. Назовите это мужицкой интуицией, но я пятой точкой чуял, что стоит поторапливаться.
Хайки взвизгнула от неожиданности. Рука после удара заныла.
– Да ты озверел, Чиллиз! Как же дипломатия?
– Нет времени.
– А где твои щупальца?
Я поднял обмякшее тело Ястреба Джека и вытащил за освещенную фонарями живого города пустыню. Слава богам Балха, могущественный мутант был тощим, да и мускулов ему недодали, так что весил он значительно меньше обычного наемника. Положив тело в такой привычный и безопасный песок, я обернулся. В этот момент в пустыне воцарилась тьма.
После фейерверков, вывесок, мотыльков, всего этого избыточного карнавала изображений создавалось ощущение, что нам выкололи глаза и бросили в непроницаемый каменный мешок без капельки света. Но постепенно звезды снова вернули свой блеск, и пустыня наполнилась привычными шорохами и криками ночных грызунов.
– Мы не предназначены для друг друга. Мы создания разных миров, – сымитировал пьесу я.
– Он будет в порядке?
Хайки скептически покосилась на мутанта.
– Ну, во всем кроме самооценки.
Я дотащил Джека до Свельты, где мы безалаберно оставили и машину, и мотоцикл, и снайперку, и таблички, и припасы. Вот она, сила чуда. Перед лицом невообразимого все, от чего зависит выживание, отступает на второй план. Может, именно поэтому я и опасался таких вот чудес.
– Кстати, о мутировавших ящерицах… Где она?
– Мне кажется, мы провалили задание Тиды, – Хайки вздохнула. – Надеюсь, ящерице в городе понравится.
Конечно, когда Ястреб Джек очнулся, а произошло это достаточно быстро, он был полон ярости и обиды. Гнев скрасила холодная ладошка Хайки, которая приложила к лицу «мастера дзен» мокрую повязку. Это немного примирило мутанта с реальностью, но только немного. В остальном он выглядел оскорбленным, словно аравийский принц, которому рабы принесли несвежий напиток. Он даже разговаривать со мной не стал, а просто устроился на ночлег и вскоре захрапел. Тем лучше – утром такие приключения, как сегодня, кажутся не более, чем сном.
Вскоре затихла и Хайки, на ее долю сегодня выдалось слишком многое. А вот я никак не мог сомкнуть глаз, разглядывая сияющие звезды над Свельтой.
Кто и зачем доставил кусок города Рё? Что за таблички так жаждал Шкуродёр? Культ мотылька, разумные звери, приручение живых городов, исследования военных Новой Сативы должны быть связаны в сеть, а вместо этого лишь запутывали. Недостаток сведений и понимания смысла событий легко может сделать жертвой, а в моем бизнесе это недопустимо. Вербовщик должен знать связи между всем, что происходит в пустошах, чтобы выстраивать правильный путь. Мы же с мутантами постоянно натыкались на вещи, которые должны были обойти стороной. Концентрация необычного настораживала.
Иногда я гадал, что позволило мне, историку из Новой Сативы, преуспеть в мастерстве вербовки чокнутых из пустошей. В конце концов, вербовщиков хватало, но мало кому стали доверять так, как мне. Речь всегда шла о том, чтобы найти правильный баланс в команде, прикинуть, как люди в отряде будут действовать друг на друга, правильно соединить начерченные плохо понятными точками линии в верный маршрут. Для этого нужна информация обо всех бандах пустошей, локальных лидерах и изменениях в поселениях. Когда я наладил сеть нужных знакомых там и тут, научившись цеплять их слабые места или манить их интересами, пустоши прекратили быть непредсказуемой свалкой, пустынный песок стал складываться в нужные дороги.
Но сейчас я начал сомневаться, не было ли это простой удачей. Я начинал терять нить событий, они валились обескураживающим потоком, превратив простой побег от мести механиндзя в нечто значительно более сложное для прогнозов, чем я был готов обработать. Беспокойство по поводу того, что я могу не справиться, начало терзать меня под безжалостно яркими звездами Свельты.
Утро наступило резко и неприятно. Кто-то тряс меня изо всех сил, не забывая орать в ухо. Я даже схватился за пушки, но потом светлое пятно перед глазами образовало пейзаж. Скалы Свельты расцвели мне в лицо, сложились в разноцветный пазл, такой же сюрреальный, как сны. Значит мы действительно здесь, а я-то надеялся, что вся эта заварушка с живым городом, щупальцами и мутантами мне почудилась спьяну.
Ястреб Джек толкал меня в плечо:
– Вставай! Отряд механиндзя человек в пятнадцать едет к мосту с другой стороны. Если не поторопимся, придется драться! А если они нас опередят, то в Хаире уже не спрячешься.
Когда я вообще заснул? Не мог вспомнить этот момент.