Позитив нагрянул неожиданно резко — вот цивилы срались от теней, гоняя мрачные мысли, а вот уже радостно хлопают друг друга по плечам и с нетерпением заглядывают в провал подземной многоэтажки, откуда течет нескончаемый шорох — точно песнь сирены. Приди и возьми, да.
Я помотал головой — мистику нахер. Надо умыться, почиститься и залататься. Затем перекусить, расслабить мышцу на полчасика и заставить себя выдвинуться в обратную дорогу. Задачи плевые, на любителя.
Когда завершали протирку бренных тел под довольное хрюканье тощего, к нам неуверенно приблизился бригадир:
— Джимми, слушай, надо ведь легиону сообщить?
— О чем? — Я встряхнул потрепанный бронник. На тротуар упал непонятный кусок металла. Сыплюсь, сука, на ходу.
— О нападении. Опять же Чин-Чин, сдох, а на него наводка была.
— Сообщи. Смена не претендует, — понял я правильно. Получат лишнюю адхару за весть о гибели цели, нехай. Смена №7 не обеднеет. А в карму плюс.
— Пошлю человека, тут в паре часов ходьбы патруль от третьего грозового проходит, как раз успеет.
— Не боишься? — я кивнул на точку сбора. — Или легион чужого не берет?
— Цивилы собирают. — наставительно сказал Виталя. — Легион бдит. Кодекс, понимаешь?
— Кодекс, — фыркнул тощий и смутился под моим взглядом. Иногда лучше промолчать.
Хром — довольный и отчасти даже лоснящийся, несмотря на побитую морду, прибыл во время обедни. Понаблюдал за Шестом, жадно уничтожавшим съестное, хмыкнул понимающе и протянул мне жетон — октаэдр помятой бляхи, вырезанной из жести, с тавро легиона. К бляхе крепился клочок картона с криво нацарапанным числом 243 и жирным плюсом. Кроме шуток −243+, конец послания.
— Поставил плюс? — Я оторвался от парящей кружки.
— Хороший плюс, — довольно осклабился торговец. — Фредерико, чтоб ему жилось, поймет. Не сомневайся. Сделка закрыта.
— Угм, — ответил я односложно. Для торговца и впрямь финита, а мы еще немного потрепыхаемся. Обратная дорога, пара вопросов хавильдару, то да се. Вон и тощий задумчиво прищурился, что случается редко. Мы еще в деле, а работа закончится ровно после второй кружки, принятой в безопасности «вольера». Хотя, безопасности условной, сами понимаете.
Нас провожали почти воодушевленно. Местным не терпелось занырнуть на сбор, а лишние глаза в столь интимном процессе ни к чему. Скупые прощальные взмахи, пожелание легкой дороги от благодарных цивилов и подите нахер доставщики — бодро, шустро и по прямой.
Вот только бодрости в нас — с известный голубиный орган. Что-то шаит на донышке организмов, подталкивая конечности и отображая пространство скупыми кадрами. Дом, улица, разбитый грузовик, двор, песочница, смятая палатка. И дальше, дальше, дальше — под шорох, скрип и дыхание.
Тощий двигался в режиме автомата. На обострившемся лице — ни одной эмоции, лишь гематомы. Ну как такому откажешь — в очередном переулке, где подвисла вековая пыль, заставил бойца употребить био. И сам приобщился, потому как нога дала четко понять — еще метр хозяин и хана тебе, миссии и всем, кто случится рядом.
— Норма, командир. — Тощий выдохнул, помассировал плечи. — Бывало хуже, помнишь?
Поощрительно хлопнул бойца по спине — мол, конечно, помню, но пора немного напрячься и возобновить движение. У нас есть общая, достаточно продолжительная история, что мне нравится, хоть и не спешу в таком признаваться. Я ведь Джимми, смекаете.
И вновь тихий скрип подвески отмерял метры. Через часок наткнулись на таких же ходоков с двумя телегами — почти караван, который помимо цивилов сопровождали двое легионеров. Вид у процессии почти солидный — добротный обвес, охрана, все дела. К нам отнеслись благосклонно — служивые равнодушно покосились, держа руки на шмалабоях, лидер команды призывно махнул рукой. Так мы влились в походный марш бригады имени Конго. На полном серьезе — бригадир обозначил позывной и, судя по интонациям, о Конго должен знать каждый порядочный цивил.
Я покивал, тощий покивал, и довольный лидер отдал команду на марш. Марта пристроилась в хвосте колонны, а большего и не надо. Сонм звуков, коими богата местная зона, враз утратили пару пунктов тревожности. Где-то кричат, звенят, стреляют, а караван идет, легионеры бдительно осматривают темные проулки, создавая иллюзию безопасности. Каюсь, ради интереса прикинул, как быстро смогу поднять процессию на ножи, и остался недоволен результатом. Грозовой Форт всегда готов удивить — зона с вечным, сука, подвохом.
Обжитых границ Преисподней достигли ближе к вечеру — и вот тут уже выгода от принадлежности охраны к легиону проявилась сполна. Патрули коротко спрашивали, сопровождение каравана било кулаком в грудную броню и о нас забывали, как о правильных верноподданных цивилах.
У Цербера, а если точнее — у тракта №9, пронзающего зону вплоть до секторов Хаоса, наши с бригадой пути разошлись. Лидер с пониманием отнесся, что мы принадлежим вольеру, формально пожелал удачи и увел команду, предвкушающую скорый отдых в одиозном питейном заведении. Прям завидую незамутненно, а тощий вообще обозначил телесный порыв — вослед убывшим.
