Алекс выпрямился. Эван и впрямь обеспечил встречу, хотя у него были все возможности стереть даже следы его существования. Но сейчас, похоже, Верховный вволю наслаждался картиной их встречи с Талирой, тем, как волнение императрицы выдавало её с головой. Несложно было догадаться, что теперь у Эвана козырь на руках и новый способ управлять. Разделяй и властвуй, отдели чувства женщины от её разума…
— Ещё не все здесь, мы говорили о представителях короля, — медленно начал Алекс.
— Они должны быть позже, капитан, — Эван невозмутимо повел плечом.
В движениях Верховного скользило ощущение победителя, поймавшего ценный трофей. Капитан Алекс Дельгар, причинивший столько неудобств, теперь скован по рукам и ногам и полностью в его власти, хоть и жалко пытается на что-то и кого-то повлиять.
Но он простой человек без магии и силы, а ведь сам Эван, благодаря особым знакам, как у других приближенных Серых, свой дар сохранил и, под прикрытием и за годы изучений, наверняка приумножил.
— Вы хорошо знаете, как мой дед, Сиркх Проклятый, уничтожил тысячи невинных, сочтя себя стоящим выше них, — заговорил Алекс. Талира сощурилась, но не удивилась признанию. Она знала, всегда знала эту правду, ещё тогда, когда он, лежа рядом в постели, рассматривал её кольцо. — Сиркх обладал — принадлежал — той магии стихий, к которой сейчас могут прикоснуться лишь единицы. Вы, Серые, стёрли их с лица земли. Но… я ещё жив.
— Силы тьмы свели Сиркха с ума, — отозвалась Талира. — Тёмный забрал его на свою сторону и внушил ужасные мысли о войне. Если бы не милость Покровителя, кровь, быть может, до сих пор бы лилась по этим землям…
— И может, стоит быть благодарным, капитан, — с лёгкой улыбкой продолжил Эван, — что в наших возможностях помочь и вам — остановить это безумие.
— О да, я хочу остановить безумие. Безумие — эту войну, которую вы развязали ради своей власти. Я хочу освободить магов от клейма проклятых, потому что это чушь собачья. Хочу освободить земли от войны, которую ведут ваши Церкви ради новых земель и власти.
— Наших людей убивали, как скот, Алекс! — не выдержала Талира. — Ты сам знаешь, ты говоришь о своем предке, прекрасно зная, чем закончилась свобода для тех магов и для простых людей! Ты хочешь этого снова? Мы воюем за права людей и свет Покровителя, потому что это добро и надежда для нас!
— Или тебе внушили эту мысль, м? — повернулся к ней Алекс. Он глянул на Эвана, который подошёл ближе, потом снова на императрицу. — Ты думаешь, что всё знаешь и понимаешь, а на самом деле лишь удобная кукла в его руках.
Талира расхохоталась. Она на Верховного даже не посмотрела, будто точно знала и без того, что он делает. И прекрасно знала, кем для него является.
— Нет, Алекс, не считай меня такой наивной. Впрочем, это даже трогательно. — Она подошла к нему ближе, несмотря на предостерегающий голос Верховного. Она будто чувствовала себя сейчас по-прежнему владеющей его сердцем, сердцем безумца, который пытается угрожать сильным мира сего, не понимая, что делает. — И что же ты хочешь теперь? — почти ласково спросила она и продолжила: — Теперь ты, значит, Служитель и обязан подчиняться Эвану, ведь так? И больше нет прежней силы? — в последнем вопросе прозвучали надежда с сожалением одновременно.
Конечно, заполучить в свои сети колдуна, чей дар слишком силен и опасен, звучит гораздо привлекательней, чем обворожить простого Серого, пусть и капитана-командора… в прошлом.
Алекс на миг опустил голову и задумчиво провёл пальцами по цепи на груди.
— Боюсь, что нет. Нет прежней силы, — он поднял глаза, насмотревшись всласть на её успокоенное выражение лица, и продолжил спокойно: — Нет прежней, но есть другая.
Он поднял ладонь и с любопытством рассмотрел плетение кагардов на запястьях.
— У вас нет шансов, капитан, — обронил с показной небрежностью Эван. — Не надоело пытаться перевернуть всё вверх ногами? Людям не нужна ваша свобода, слышите? И ваши слова. Им нужно дело — защита и безопасность от вашего безумия!
И всё же он сомневался. По его знаку Лайдж скрылся за дверьми. Что теперь, снова кинет его в камеру и попытается постичь неведомую суть? Или просто уничтожит, наигравшись? Его, Джейну, Вария… Шелайю, Лиса, всех остальных, неугодных. Опасных не человечеству — ему самому и безраздельной власти веры в Покровителя.
Но как будто легкое землетрясение заставило дрожать каменные стены. Едва различимое, оно могло показаться бредом, если бы не повторилось вновь, сильней и отчётливей. Алекс ничего не делал, только чувствовал потоки воздуха в прохладной комнате, которые не подчинялись его воле. Лёгкий ветер расшевелил складки одежд и, поднимаясь выше, принялся ходить по коже и захватывать волосы собравшихся.
— Что вы делаете, капитан? — повысил голос Верховный, подходя ближе.
Татуировки на запястьях сковывали тело снаружи. Но где мир на самом деле: снаружи или внутри? Не этому ли учил его Варий?
— Слушаю свое сердце, — отозвался Алекс. — Я — маг, колдун, тот, которого вы так боялись! Я — маг, и это часть меня и всегда было моей частью.
