Ближе к вечеру Алекс вместе с Мейкдоном ушёл в сторону мыса, с которого они поднялись и откуда можно было разглядеть далеко внизу мачты «Ясного» у прибрежных скал. Вокруг было спокойно: ни чужих кораблей, ни бурь… ни отголосков идущей где-то за горизонтом войны. Алекс замер на самом краю. Вид далёкого моря вновь наполнял силой, напитывал солёной влагой, свежестью, давал передохнуть и окрепнуть. Всё же без моря он не чувствовал себя… целым.
— Даже не думал, что это когда-нибудь случится, — произнёс Мейкдон, оглаживая густые усы, и повёл плечами. — Глухая деревня, покой и тишина, ты женишься и даже не рвешься на новые подвиги. Ты будто изменился после всего, что произошло, — взглянул он внимательно на Алекса.
И даже сложно было понять, рад этому старший помощник или нет. В напряжённой позе старого друга чувствовалась то ли тревога, то ли ещё что…
— Вовсе нет. Просто решил попробовать, как это — жить настоящим. У кого-то ведь получается, — ответил Алекс, вдруг подумав про Эрика. — Я не знаю, Мейк, что будет дальше. Что будет завтра. Мне хочется и вернуть всех домой, и сражаться за своих — там. Да и просто жить. — Он помолчал и спросил: — Как остальные?
— Да вроде даже рады передышке и покою. А так по-разному. Верят в тебя и удачу, кто-то если и хочет домой, то и сам понимает — сейчас не добраться без боя. А вообще, всё-таки суеверия моряков вышли поживее, чем вера в Покровителя и Тёмного. Признаться, я и сам сейчас больше к морским духам и старым богам…
— Признаться, я отчего-то тоже, — рассмеялся Алекс. Хорошо было видеть море, видеть целого и невидимого друга и даже знать, что завтра будет действительно странный день. И от добродушия старпома стало теплее. Тот, должно быть, тоже скучал по оставленной в Аркетаре семье, жене и уже взрослой дочери. Однако, пока он жив, ещё ничего не потеряно и ничего не поздно.
— Ладно, не о том мы, — будто прочитал его мысли Мейк. Ухмыльнулся, положил руку на плечи, стиснул и шутливо зашатал в объятиях. Иногда рядом с ним Алекс чувствовал себя лет на восемь-десять моложе — таким, каким сражался с пиратами и ходил в первые рейсы на «Ясном». — Думал, не дождусь этого никогда. Ты ведь женишься, парень!
— Сам ты парень, — отпихнул его Алекс.
Мейк вскинул руки.
— Всё-всё! Конечно… Капитан! А всё-таки она чудесная девчушка, — покачал головой друг. — Решительная и добрая. Смотри, не загуби такое счастье.
И это меткое напутствие отозвалось вдруг неприятным холодом. Холодом стихии, бесстрастной морской глубины, затаившейся где-то внутри. Алекс только сосредоточенно кивнул, ничего не отвечая.
А этим вечером о договорённости узнала уже вся деревня. Мейкдон, оказывается, успел растрепать всей команде о предстоящем событии, и по возвращении их ждали вдали от домов на укромной полянке. К ночи горы снова окутали облака — стало похоже, что они с Мейком не идут, а плывут в этом сумрачном тумане. Пятнами горели в окружении густых деревьев огни, лилось из тяжелых кувшинов вино, пахло чем-то жареным и вкусным: пряными травами, мясом. Матросы горланили, собравшись у столов с припасами, куда сгрудили свежий хлеб, сыр, вино и бренди из тростникового сахара, спелые яблоки с бананами. Манго, такие сладкие, что липли пальцы. И даже сытный медовый пирог, который отламывали прямо руками. Сагард сполна награждал их за яростный отпор врагу — теперь Алекс всерьёз понял беспокойство старосты — кто из моряков после долгих скитаний откажется от лишней порции сытной и горячей еды?
— Стой! К-кто идёт? — весело и чуть пьяно выкрикнул Сагиш, заставив всех на миг смолкнуть. — О, капитан! Пар-рни, капитан! А ну, давай. Давай, кому говорю! Нал-ливайте жениху! От нас трезвым на свою свадьбу не уходил ещ-щё никто!
Алекса с Мейком окружили всей командой, все тридцать с лишним матросов, что высадились на берег, кроме караульных, и уйти действительно при всем желании было трудно. Отовсюду неслись крики, похабные шутки и подзадоривания, кто-то панибратски хлопал по спине, Дени шутливо-почтительно уступил место в центре. Даже Эрик, бессильно опиравшийся о ствол, ухмылялся происходящему.
— Ладно, ладно! — сдался Алекс.
— За вас, к-капитан, — гаркнул со всей силы Сагиш, и веселье понеслось с новой силой, а подступающий мрак ночи разогнали взметнувшиеся огни костров, в которые подбросили веток. — За вашу последнюю ночь свободы!
Встать после бурной ночи было тем ещё испытанием. Алекс даже не помнил, кто дотащил его до дома старухи Тильды, где оказалось свободное место на полу. Благо, рядом остался Сагиш и утром именно он принялся исполнять роль мальчишки-стюарда, попутно что-то ворча о местных.
