— Не знаю такого.
— Самиздатовский. Через копирку напечатанный.
Тут то я и охуел. Взял Незлобина за отворот комбеза, тихо произнес:
— Ты что, блядь, творишь?!
— А что такого? — Байкалов слегка побледнел — Обычный журнал. Ну там статьи, стихи, ничего такого…
Я слегка приподнялся, посмотрел в салон. Слава богу, Зорин с Зайцевым расположились на заднем сидении и о чем-то тихо разговаривали.
— Это же антисоветчина!
— Да он старый, потрепанный. Ничего там такого нет…
Угу. Три года тому назад как посадили каких-то Синявского и Даниэля. Замполит все уши прожужжал насчет подрыва бдительности через гнилую творческую интеллигенцию. Тоже рассказики сочиняли, статейки, да стишки про ужасную жизнь в СССР. А потом бац, ЦРУ, дело советских диссидентов… Полный комплект.
— Не смей таскать на базу нелегальные издания! Слышишь?! Сам подставишься и всех нас под монастырь подведешь.
— Ну хорошо, хорошо — Байклов обиделся, отвернулся и уставился в окно.
Привезли нас вовсе не в посольство, как я думал, а на какую-то заброшенную фабрику, в цехе которой были расставлены раскладушки и даже смонтирована обычная печка-буржуйка с конфорками.
— В городе иногда не бывает электричества — развел руками Зайцев — Так что…
Зорин, я, Степанчук и Черный отошли вместе с советником в угол цеха, вскрыли большой картонный конверт с печатями. Там были наши легенды на время нахождения во Вьетнаме, левые документы.
— Вы советники по сельхозмашиностроению — Зайцев развязал один из баулов, сложенных в углу — Тут гражданская одежда. Переодевайтесь, учите легенду.
— Проверю — Зорин уставил на нас своей палец — От зубов должно отскакивать. В общаге посольства вас селить опасно. На днях поймали шпионов из южан — целый наблюдательный пост организовали напротив входа. Фотографировали всех, вели журнал учета… Так что побудете здесь. Еду, питьевую воду — все привезут — генерал поманил к себе пальцем Лиен, что-то ей прошептал на ухо. Девушка закивала как болванчик. Как быстро они скорешились! Я прислушался к себе… Нет, не ревную. У меня жена. «И ночью снится тишина».
Раз, два и начальство, забрав Лиен отвалило в город. А мы занялись обустройством.
Устав караульной службы никто не отменял — организовали парный пост на крыше цеха с пулеметчиком и наблюдателем. Еще два секрета разместили в зарослях по бокам фабрики. С 4 часовой сменой — благо бойцов хватало.
Потом занялись едой, уборкой. Кто-то даже умудрился обмыться из канистры с водой.
— Портяночки — любовь моя — Черный повалился на соседнюю со мной койку, снял сапоги. Начал перематываться — Представляю, чтобы было в носках. Ногу мигом натираешь, пара дней — и все превращается в дурнопахнущий комок.
— Ты бы их повесил подальше проветрить.
— Посты проверять надо — вздохнул майор — Кстати, твоя смена третья. Степанчука — вторая.
— Вы бы не охренели, товарищ Черный, меня в самую собачью смену пихать? — тихо возмутился я.
— Ты, Коля на гэбэшных харчак сильно разбаловался.
— Что есть то есть. А бронежилетик на тебе чей?
— Один один — вздохнул майор.
— Слушай, а это твой какой раз? — я решил разрядить ситуацию — Ну во Вьетнам.
— Третий. Первый раз вообще пиздец был. Направили инспектировать подземный город рядом с деревней Ку Чи под Сайгоном. Дескать, надо помочь вьетнамским товарищам, трали-вали, глянешь свежим взглядом, может, что доработать надо на предмет безопасности, сходишь в пару боевых вылазок…
— Ну вроде полезное дело — протянул я, соображая. Так это же Черный помогал с тоннелями вьетконговцам.
— Тоже так думал. Приехал, спустился под землю. И я тебе скажу, Орел, просто охуел! У них там был отгрохан не просто город, а многоярусный город. Общежития — мужское, женское, семейное, школы, баня, прачка, несколько кухонь со столовыми, арсенал, две водяные цистерны — с питьевой и технической водой. Одних коридоров разных и лестниц двадцать штук.
— Школа то зачем? — удивился я. — Партизан учить?
— Если бы! Детей.
— Детей??
— В городе прятались жители этой Кучи, больше трехсот человек.
— Прилично!
— А я о чем… И все у них знаешь ли, по уму было сделано. Система труб, дробящая и выводящая скрытно дым, специальные тамбуры-ловушки на входе с минами… Китайцы помогали строить. Вот попомни, Орел, наплачемся мы еще с узкоглазыми. Если вьетнамец нам друг, товарищ и брат, то эти… — Черный махнул рукой.
А я вспомнил Не Хуэя. Которого мы с Незлобиным тащили пол-Вьетнама и ведь дотащили! Сдали посольским особистам, все честь по чести. Небось его уже на кого-нибудь из наших сторговали…
— Ни разу не брат, согласен. Ты скажи, сильно там помог?
— Сначала не сильно. Лишь посоветовал по примеру Второй мировой сделать несколько ложных изогнутых труб — выкидывать гранаты обратно. А в нормальных трубах — сеточками проложить внутрянку.
— Умно. А дальше что?
