— Встали у стены, ноги раздвинули, уперлись руками!
А у них тут все серьезно! Ладно, поиграем в эту игру. Главное, чтобы открыли вторую дверь. Мы с Веней встали у стены, нас обыскали. Пачку денег вытащили, пролистнули купюры. «Ряха» покивал, постучал условным стуком во вторую дверь. Первую при этом заперли. Не только на засов, но и на замок.
Стоило второй двери открыться, как мы начали действовать. Крупные перстни на пальцах — это те же кастеты. До чего бандиты не догнали. Искали ножи, огнестрел… Теперь получай. Я свистнул и тут же выдал боковой удар в голову правому. «Тунца» снесло с ног и я с разворота вдарил апперкотом в челюсть левому. Этого аж чуток приподняло. Раздался хруст, крики… Незлобин тоже мгновенно отработал своих, пыром вогнал кроссовок в пах пятому охраннику, что открывал вторую дверь. Тот схватился за пах, скрючился. И мой удар ногой в голову оказался для него финальным. Пять нокаутов за три секунды. Мы переглянулись, присели на корточки. Быстро обыскали «тунцов». Беретта, Кольт, еще Кольт… Да тут целый арсенал.
Незлобин аккуратно затащил пятого охранника внутрь предбанника, прикрыл дверь. Мы вытащили ремни из джинс «тунцов», связали их. Майками забили рты. Так себе кляп, но вырубили охрану мы надолго. Проверили обоймы пистолетов и револьверов. Полна «коробочка»…
Огонек жестом мне показал, что его зона — справа. Моя стало быть слева. Мы засунули по Кольту за ремни, обнялись. Покачиваясь вышли в длинный коридор-«продол». В который выходили распахнутые двери комнат. В первой пусто, во второй тоже. В третьей толстая латиноамерика в одном женском белье фасует порошок. Их охраняет дремлющий на стуле парень с дробовиком.
Нельзя оставлять его за спиной. Быстрый подшаг, прямой удар ногой с проносом в голову. Парень летит на землю, Веня быстро закрывает рукой рот женщине. Та лишь мычит и пучит глаза. Опять прикрываем дверь, связываем обоих, вставляем кляпы.
— Слушай, а чего она почти голая? — не выдерживает Огонек
— Чтобы не распихала в одежду кокс — также на ухо шепчу я ему
— Кокс — это кокаин?
— Он. Вон белый порошок. Засыпал в тайный кармашек и толкнул на улице. Пятьдесят баксов грамм.
— Да тут сразу несколько кило!
— О чем и речь — я аккуратно выглянул в коридор. Две тусклые лампочки слабо светили в середине и в самом конце. Вроде никого.
— Двинули?
— Пошли!
— Вставай, проклятьем заклейменный!
Незлобин потряс меня за плечо, я открыл глаза, отпустил рукоять пистолета под подушкой.
— Весь мир голодных и рабов — зевнул я, переворачиваясь на бок. В районе правого нижнего ребра стрельнула боль. Умеренная, но неприятная. Как бы там не было перелома. Надо плотную повязку наложить, но врач у нас так и не появился. Несколько собеседований и есть даже интересные кандидаты, но Авдонин хочет советского доктора. Который наверняка будет совмещать пгушный функционал. Поэтому пока обходимся Ольгой Тимофеевной. И надо сказать — она справляется. В основном, как фельдшер. Наложить повязки, даже гипс — без проблем. Простуды, прострелы спин и защемления… Даже с новокаиновой блокадой. Стоило Байбалу слечь — мигом поставила на ноги. Ну как мигом… Пару дней якуту пришлось отлежаться.
— Ты чего морщишься? — поинтересовался Незлобин, зевая — «Нырок» вспоминаешь?
В одной из комнат «тунцов» мне и правда пришлось исполнить пируэт, уклоняясь от направленного пистолета. Прошел в ноги перекатом, но неудачно. Нет, «тунца» я сбил, оружие отобрал. Но в процессе что-то хрустнуло, стрельнуло. Пока вязали грузного бородатого мужика не замечал. Но потом почувствовал. Не добавило здоровья переноска Джимми. Пилот был уколот и невменяем. А еще и грязен, как не знаю кто. Натуральный бомжара.
Вытащили его, сдали подвал Гонсалесу и команде. Те были рады до усрачки. Без стрельбы, без трупов — выложили им на блюдечке с золотой каемочкой. Все запасы наркотиков, деньги в стопках и пачках, оружие. Ну и вишенкой — связанные бандиты. Десять человек. Плюс около тридцати наркоманов, которых выгнать с базы стало еще той проблемой — те которые в сознании, начали качать права. Дескать, мы деньги заплатили, все дела… Пришлось вызывать дополнительные патрули, вязать самых буйных.
— Мало тунцов — вздохнул Хуан, после того, как сам обошел весь подвал — Куда-то делась вся их верхушка
— Допросить пехоту, надавить — пожал плечами я, захлопывая салон нашего бронированного джипа. Джимми положили прямо на пол и теперь я думал, что с ним делать. В вопросах детоксикации я был полный ноль. Вроде можно капельницу поставить… Но не просить же Ольгу Тимофеевну?
— А там уже и на верхушку выйдете. Материала для уголовных дел в подвале выши крыши.
Гонсалес дал команду своим полицейским идти с обысками по квартирам — ордерами от судьи он уже успел озаботиться.
— Ну что, я тебе должен — мы пожали руки с Хуаном, похлопали друг другу по плечам — Если что, звони, телефон у тебя есть
— Орел, але! — Незлобин снова потряс меня за плечо — Ушел в себя — вернусь не скоро?
— Ты чего меня разбудил? — я посмотрел на часы. Почти семь. Рассветает.
— Птичка нашептала, что начальство у ворот
