– Она покончила с собой после того, как над ней надругались четверо подонков. Вскрыла себе вены. С ней хотели посчитаться за меня. Не мог ей её бывший приятель простить этого, хотя сам её успел ославить и в грязи обвалять. Мне нос сломали, – Артур помолчал. – Может быть, я слишком сентиментален, но после неё никогда не курил ни с одной из своих женщин одну сигарету на двоих.
– Дэвид любитель, – в голосе Сью послышалась улыбка.
– Собирался я ещё раз рискнуть жениться. Тоже нравилась мне девочка одна. Мы работали вместе в институте. Хорошая девочка была. Доброжелатели помогли. Доложили, что видели меня кое с кем. Марина этого не поняла. Ещё её мать меня терпеть не могла – считала слишком умным и слишком красивым. Вот, когда мы слегка повздорили, матушка и объяснила ей, что красивый муж – это не муж. Он всегда будет чужим. Марина послушалась маму и через полгода благополучно вышла замуж за мужика некрасивого. Через год развелась, потому как, товарищ гулял хуже мартовского кота.
– Нечего перебирать было, – вынесла свой вердикт Сью.
– Потом кое-что у нас было с Катёной, но далеко зайти не успело. Сокол появился. Он с компанией пришел в кабак, что-то там отмечали. Как увидел её, так и зачастил. Чуть ли не каждый вечер. А, глядя на его интеллигентную физиономию и очечки, бедный Вовчик чуть инфаркт не схватил. Он его за налогового инспектора принял. Я Вовчику объяснил, что никакой это не инспектор. После выступления переоделся, вышел в зал, подсел к Андрюне, поинтересовался, что к чему. Он и говорит, жаль, что ты стриптиза не видел. Там такая девушка! Я на него глянул, а у него крылышки отрастают, когда он о ней говорит. Ну, я и предложил их познакомить. Катёна, оказывается, его тоже уже заметила. Чем это всё закончилось, ты имеешь счастье видеть. Я тоже. Они друг друга нашли. Стать таким классным мужем, как Сокол, я бы не смог.
– А он знает, что у вас что-то было?
– Знает. У нас ведь сначала были отношения с Катёной такие, что врагу не пожелаешь. Я её немножко на путь истинный возвращал, а то у неё тоже не всё в жизни гладко было и чудила она по этому поводу здорово.
– А кто ещё? Ты назвал четверых. Трое из них живы.
– Ирина. Она была первой женщиной, которая меня сняла. Кстати, была женщина очень умная и красивая. Связь у нас была долгая, но ни разу она меня ни в чем не упрекнула, ни разу не сказала, что я принадлежу ей. Просто она была очень одинокой, – Артур замолчал.
– А с ней что случилось?
– Она умерла от перитонита. Аппендицит лопнул. Что только не делали, ничего не получилось.
– Ты говорил, что тебя снимали дамы бальзаковского возраста. А она?
– Ей было почти вдвое больше, чем мне. Выглядела она, правда, всего лет на семь-восемь старше.
– А подробнее?
– А достаточно.
– Это её ты на шашлыки возил? Ну, когда тебя за сынка приняли?
– Нет. Она мне в наследство Арчи оставила. Мы подобрали его как-то около моего подъезда. Тетя Зина его утопить хотела, а Ирина решила забрать себе. Я и предложил назвать его Арчи.
– А потом?
– А потом со счета сбился. Я же тебе уже сказал. Кого у меня только не было.
– Мужиков.
– И мужики были. Это были считанные разы, но были любители почувствовать себя девочками. Меня потом, обычно, здорово мутило. Я вообще-то геев не осуждаю. Они – нормальные ребята. Только вот в постель мне с ними лезть не хочется.
– Да, лихо ты, шановный, лихо! – Сью рассмеялась. – Если бы ты был моим папиком, мы бы с тобой здорово находили общий язык. Ты бы сильно правильным не пытался казаться.
– Сью, крошка, только я тебя прошу, не распространяйся. Я с тобой что-то слишком откровенничаю.
– Да ради Бога! Могила! С тобой здорово, ты меня понимаешь. Давай я ещё лоб пощупаю. Как ты? – она коснулась ладонью его лба. – Кажется, немного остываешь.
– Я же сказал, что всё будет нормально. Иди спать. Тебя проводить?
– Ну, конечно! Я до соседней двери не дойду. Лежи, я дверь захлопну. Спокойной ночи, – она склонилась и поцеловала его в щеку. – Да, а меня поцеловать?
– Спокойной ночи, крошка, – Артур поцеловал её в нежную щечку.
Обстановка в лаборатории в последнее время начала раздражать Артура. Казалось, что работа, кроме него, Сокола и ещё троих, интересует всех остальных в последнюю очередь. Женщины только и делали, что обсуждали финансовые трудности и непорядочное, по их мнению, поведение начальства. Иногда предметом для обсуждения (очень таинственным шепотом) становился кто-либо из мужчин, работающих в лаборатории. Почему-то самым везучим был Артур. Их постоянно интересовало, почему он так дружит с Соколом, откуда берет деньги, с кем встречается, почему до сих пор не женился. Обычно Артур пропускал все эти сплетни мимо ушей и никак на них не реагировал. Он знал, что половина местных дам его терпеть не может, а вторая, наоборот, настолько сильно любит, что её интересует даже то, что не интересует его самого. Самым неприятным было то, что постоянно его, Сокола и заведующего лабораторией провоцировали на конфликт.
