Вдова проводила его к остаткам библиотеки Камио. Стопки книг были плотно сложены в токонома[9]. Пробежавшись по ним глазами, женщина воскликнула:
— Есть! Вот, смотрите. Это же она?
Ошеломленный Ядзима замер. Произошло нечто из ряда вон выходящее. Действительно, точно такая же книга стояла на полке.
Ядзима достал книгу и открыл ее. Печати библиотеки Камио не было. Что за ерунда? Он рассеянно пролистал страницы. То тут, то там виднелись красные пометки. Вглядевшись в них, он наконец понял, в чем дело. Это была его книга. И пометки сделаны его же рукой.
— Понятно. Это моя книга. Когда же мы успели перепутать экземпляры?
— И правда странно.
Камио и Такако использовали эти книги, чтобы писать друг другу зашифрованные записки. Обсуждая детали шифра, они случайно обменялись экземплярами. Казалось, сам божественный промысел проливает свет на преступную связь Такако и Камио, являя безусловное доказательство, — лишь при одной мысли об этом Ядзима почувствовал, как его затягивает в бездонную пучину отчаяния.
Однако в его сознании вспыхнуло неожиданное воспоминание, заставив пересмотреть ситуацию. Оно было подобно свету надежды, сияющему в конце тоннеля.
Он сам с Камио и поменялся. Как-то Ядзима одалживал другу эту книгу. Позже Камио купил себе экземпляр, и когда Ядзиме пришла повестка, Камио пригласил его к себе проститься перед долгой разлукой. Заодно он решил вернуть Ядзиме книги, которые тот давал ему почитать, — среди них был и этот том. Когда они разыскивали книгу, оба были уже подвыпившими, и в итоге Ядзима унес не тот экземпляр, не рассмотрев его повнимательнее. Должно быть, тогда они и поменялись случайно книгами.
С тех пор у Ядзимы не было времени взять томик в руки и заметить подмену — он в спешке собирался на фронт, и в итоге его экземпляр так и остался в доме Камио.
Ощутив неожиданную радость от того, что хотя бы одна книга из его библиотеки уцелела, Ядзима забрал свой экземпляр в Токио, а книгу Камио оставил его жене.
Однако история с шифром стала еще более непонятной.
Почему книга из его личной библиотеки, сгоревшей дотла, вдруг оказалась в книжной лавке?
Может быть, ее продали еще до трагедии? Но его семья не испытывала финансовых затруднений. Тогда у них были хорошие вложения, унаследованные от родителей, и хотя сейчас счета заморожены, во время войны стеснения в средствах они не испытывали.
Вернувшись в Токио, Ядзима решил поговорить с женой.
— Я тут нашел книгу из своей библиотеки в букинистическом.
— Вот как! Надо же… Хорошо, что не все сгорели. Ты ведь купил ее? Покажи-ка мне.
Положив книгу на колени, Такако нежно погладила ее.
— Что это за книга?
— С длинным названием — «Исследования общественной структуры Древней Японии».
Произнеся название книги, Ядзима почувствовал, какое волнение отражается на его лице, однако Такако лишь продолжила тихо поглаживать обложку.
— Все книги сгорели, так почему же одна оказалась в магазине? До чего странно… Ты продавала что-то из моей библиотеки?
— Конечно нет.
— Может, одалживала кому-то в мое отсутствие?
— Журналы или романы я, пожалуй, могла дать почитать соседям, но чтобы такую большую книгу в твердом переплете — нет, едва ли.
— Может, у нас что-то крали?
— Тоже нет.
Книга, что должна была обратиться в пепел, попала на прилавок. Однако Такако не выглядела удивленной столь странным происшествием и, кажется, лишь предавалась тихой ностальгии.
— Должно быть, ты сам ее кому-то одолжил, а ее в итоге продали, — безмятежно сказала она.
Такого быть не могло. Ведь эту книгу он вернул прямо перед уходом на фронт.
Такако ослепла. Говорят, глаза — зеркало души. Возможно, потеря зрения означает и потерю способности выражать эмоции. Во всяком случае, лишившись зрения, несомненно, куда проще держать под контролем выражение лица, чтобы не выдавать своих чувств. Ядзима подумал вдруг, что его попытки прочесть что-то по лицу жены просто бессмысленны.
Однако остался еще один способ. «Раз уж зашел так далеко, нужно попробовать все», — решил он.
Так что Ядзима снова заглянул в ту самую книжную лавку в Канда и поинтересовался, откуда у них книга. Документов с того времени не осталось, но хозяин лавки рассказал, что этот экземпляр ему не приносили — он сам ходил забрать книгу в числе других по запросу, и дал адрес продавца.
Это оказался небольшой дом в европейском стиле, уцелевший во время бомбежек.
Хозяина не было дома, но выяснилось, что он работает совсем недалеко от издательства Ядзимы, так что тот заглянул на его рабочий адрес. Там он встретился с болезненного вида мужчиной лет тридцати пяти, оказавшимся редактором в научном издательстве.
Оба работали в одной сфере и были большими книголюбами, а уж услышав о цели визита Ядзимы, новый знакомый и вовсе проникся к нему расположением.
Вот что рассказал этот человек.