Гудвин вошел в гостиную. На софе сидела, поджав ноги Стафида. Три месяца минуло после родов, и грозная княгиня удивляла всех своим спокойствием. Однако Стафида верила, что рождение княжича Куото укрепит положение Гудвина и со временем приведет его на трон королей Данолии.
Несмотря на то, что Виллина уже полгода как носит ребенка от Гудвина и предрекают ей сына, Стафида пока не волновалась. Как дочь из рода Амалос она была уверена, что в случае восшествия на престол ее сын будет первым наследником.
- Что тебя так беспокоит Антренно, - спросила она, - У тебя есть сын и будет еще. Что может омрачить твое настроение мой муж. Когда Пастории не станет, твое положение станет еще надежней. Ты сможешь объявить себя королем.
Гудвин сел напротив и покачал головой.
- Нет. Этого не будет.
- Ты не хочешь стать королем, - удивилась Стафида, - Ты меня удивляешь Антренно. Королями хотят быть все, но дано это не многим. Я дала тебе имя нашего рода, и ты теперь говоришь, что не желаешь быть королем. Неужели я ошиблась в тебе или эта дрянь Виллина на тебя так влияет.
- Не думаю что Виллина против стать королевой, - усмехнулся Гудвин, - Вы обе этого хотите о пока довольствуйтесь тем что вы княгини. Но подумай Стафида вот о чем, когда не станет Пастории, в Камелур войдут хемалы. Неужели ты думаешь что оз Беллино будет ждать когда я заявлю свои права, кстати весьма сомнительные, на трон Камелура.
- Но ты же Амалос, - возмутилась Стафида. - Как могут быть твои права сомнительными. Ты сам не понимаешь что говоришь. А может, ты боишься?
- Боятся все. - Ответил Гудвин, - А мои права сомнительны иначе ваш род не прозябал бы на жалких правах. Меня должен объявить наследником сам король Пастория. Иначе придет оз и вновь начнет охоту за мной. Но даже если он оставит меня в покое мне придется постоянно гнуть спину перед ним. Но боюсь Беллино предпочтет избавиться от меня.
- Неужели ничего нельзя сделать, - тут уже и Стафида поняла насколько все плохо, - Что мы можем сделать. Мой род будет с тобой. Ты в этом даже не сомневайся.
- Я и не сомневаюсь, - ответил Гудвин, - Особенно я уверен, что когда их поставят перед выбором, они отрекутся от тебя. Я надеюсь, что Пастория проживет еще долго. Распорядись, чтобы приготовили лошадей. Я возьму человек десять и отправлюсь в Камелур.
- В такую погоду, - Стафида резко села, - Да вам в пути пробыть придется дня три. Через озерную дорогу нельзя, ее все размыло. Значит, пойдете до Западного тракта, а там вас даже никто не примет на ночевку.
- Нет, мы пойдем напрямик, и хватит спорить. Моё решение окончательное. Выходим завтра утром. Все должно быть готово. Вардал поедет со мной, а Неслун останется здесь.
Гудвин вышел. Стафида с улыбкой посмотрела ему в след. Такой он ей нравился всегда. Волевой и суровый владыка дома Юматос. Она хлопнула в ладоши.
Вошел слуга.
- Позови Неслуна.
Италд проверил караул и спокойно собирался идти отдыхать. Городские ворота заперты на ночь, врагов у Камелура уже давно нет, можно идти и отдыхать. Он уже развернулся, чтобы уйти, когда раздался стук в ворота.
Италд проворчал:
- Неужели какой-нибудь ваздон опоздал домой. Этот недотепа будет у меня ночевать у ворот или в камере. Эй, спросите кто там?
Караульный открыл окошко и недовольно спросил:
- Ворота уже закрыты. Кто там стоит, отвечай?
- Открывай ворота недотепа, - услышал Италд властный голос и весь подобрался, - Князь Юленора, наместник Данолии и Арзалии Антренно Гудвин Амалос перед тобой.
Воин посмотрел на Италда. Тот сразу узнал Гудвина. Полгода назад он воевал против Гаэрты и был под Кольвеном. Он велел:
- Открывай. И кто-нибудь сбегайте за Туррепо Лихусом.
Гудвин и Туррепо обнялись. Туррепо весело произнес:
- Ты не представляешь, как я рад тебя видеть. Служба здесь столь спокойная, что я просто заскучал по старым временам.
- Неужели опять хочешь бегать от хемалов, - усмехнулся Гудвин, - Думаю это легко вернуть, но боюсь, братья Биланы, да и король Карвенто Миликус не захотят снова быть вне закона.
- Я так думаю, ты сам понимаешь, что этот мир ненадолго, - серьезно сказал Туррепо, - Когда не станет короля Пастории что удержит прежний мир. Что помешает Озу Беллино объявить нас вновь вне закона.
- Может ты и прав, - сказал Гудвин, - Но нарушить договор не так просто. Скорее всего, они пойдут на провокацию, ожидая, когда мы споткнемся чтобы нанести удар.
- Не верю я в чистоту договоров, - ответил Туррепо, - Я могу тебя заверить, что Беллино и Лэтор выдвинут требование, а потом просто накинутся и уничтожат твое княжество.
Король Пастория принял Гудвина в небольшой приемной. Он лежал на софе и просматривал какие-то свитки. Гудвин поклонился и произнес:
- Мой король.
- Антренно. Ты все-таки решил приехать, - Пастория отложил свитки, - Я, конечно, не ожидал тебя увидеть. Даже мой сын ни разу меня не навестил и весточку не прислал ни разу.
- Мой король. Как ваше самочувствие, я очень беспокоился за вас. Я сделал все, что мог, но так и не смог вернуть вам трон. В тот день нам так и не удалось поговорить. Вы были в таком состоянии.