С 29 июля начались аресты всех германских подданных, работающих на военных заводах и на заводах, имеющих оборонные цеха, на железнодорожном транспорте, а также уволенных с этих заводов. Однако вследствие утечки информации о предстоящих арестах значительная часть внедрённой в период индустриализации немецкой агентуры перешла на нелегальное положение, поэтому мы видим, что в справке о составе заключённых, содержавшихся в ИТЛ НКВД на 1 января 1939 года, числился всего 91 подданный Германии[24]. Что касается германских политических эмигрантов, работающих на военных заводах и заводах, имеющих оборонные цеха, то они подлежали аресту только в случае, если сохранили германское подданство.
От руководителей территориальных органов НКВД нарком потребовал не позднее 5 августа представить ему подробный меморандум с изложением компрометирующих материалов для решения вопроса об аресте германских политических эмигрантов, принявших советское гражданство.
В период проведения операции на учёт ставились все германские поданные, работавшие на других промышленных предприятиях, в сельском хозяйстве и в советских учреждениях, а также бывшие германские подданные, принявшие советское гражданство и ранее работавшие на военных заводах и оборонных цехах других промышленных предприятий[25].
Буквально через пять дней, 30 июля 1937 г., Н.И. Ежовым был подписан оперативный приказ НКВД СССР № 00447 «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов». Операция проводилась не спонтанно. В конце 1920-х и первой половине 1930-х годов перед карательными органами Советского государства стояла задача по выявлению и постановке на учёт социально опасных и социально вредных элементов, которые рассматривались как потенциальный источник дестабилизации внутриполитической обстановки в стране. Предварительно начальниками НКВД республик, краёв и областей были представлены данные по количеству подлежащих репрессии по каждому субъекту СССР. Согласно утверждённой разнарядке по первой категории (расстрелу) подлежали 67 950 и по второй — 183450 человек, а всего 251 500 человек.
Все подлежавшие репрессии подразделялись на две категории:
а) к первой категории относились все наиболее враждебные из числа подлежавших репрессии, в отношении которых «тройка» должна была принять решение о расстреле;
б) ко второй категории — все остальные, менее активные, но всё же враждебные элементы. Они подлежали заключению в лагеря на срок от 8 до 10 лет, а наиболее злостные и социально опасные из них — заключению на те же сроки в тюрьмы по определению «тройки». Материалами следствия по делам антисоветских формирований было установлено, что в сельской местности осело значительное количество бывших кулаков, ранее репрессированных, скрывшихся от репрессий, бежавших из лагерей, ссылки и трудпосёлков. Осело много в прошлом репрессированных церковников и сектантов, бывших активных участников антисоветских вооружённых выступлений. Остались почти нетронутыми в деревне значительные кадры антисоветских политических партий (эсеров, грузинских меньшевиков, дашнаков, мусаватистов, иттихадистов и др.), а также кадры бывших активных участников бандитских восстаний, белых, карателей, репатриантов и т. п.
Кроме того, в деревнях и городах немало уголовных преступников — ското- и конокрадов, воров-рецидивистов, грабителей и других, отбывавших наказание, бежавших из мест заключения и скрывавшихся от репрессий. Недостаточность борьбы с этими уголовными контингентами создала для них условия безнаказанности, способствующие их преступной деятельности.
При проведении операции предписывалось принять исчерпывающие меры к тому, чтобы не допустить: перехода репрессируемых на не легальное положение; бегства с места жительства, и особенно за кор дон; образования бандитских и грабительских групп; возникновения каких-либо эксцессов — и быстро пресекать попытки к совершению каких-либо активных контрреволюционных действий.
В оперативном приказе НКВД СССР чётко прописаны контингенты, подлежавшие репрессии, а именно:
1. Бывшие кулаки, вернувшиеся после отбытия наказания и продолжающие вести активную подрывную деятельность.
2. Бывшие кулаки, бежавшие из лагерей и трудпосёелков, а также кулаки, скрывшиеся от раскулачивания, которые ведут антисоветскую деятельность.
3. Бывшие кулаки и социально опасные элементы, состоявшие в повстанческих, фашистских, террористических и бандитских формированиях, отбывшие наказания, скрывшиеся от репрессий или бежавшие из мест заключения и возобновившие свою антисоветскую преступную деятельность.
4. Члены антисоветских партий (эсеры, грузмеки, дашнаки, мусаватисты, иттихадисты), бывшие белые, жандармы, чиновники, каратели, бандиты, бандпособники, переправщики, реэмигранты, скрывшиеся от репрессий, бежавшие из мест заключения и продолжающие вести активную антисоветскую деятельность.
