Несколько секунд, как и два раза до этого, из динамика рации доносились статические шумы, затем вдруг раздался щелчок, и вслед за ним — голос комиссара…
Протянув руку, Гольди взялся за микрофон рации и щелкнул тумблером вызова. Несколько секунд из динамика раздавались статические шумы, потом в салон «ланчи» ворвался громкий голос диспетчера:
— Диспетчерская комиссариата.
— Это Гольди,— начал комиссар.— Диспетчер, дайте мне последнюю сводку по людям: сколько полицейских имеется в наличии, количество резерва и отсутствующих в городе.
Он замолчал, давая диспетчеру возможность ответить. Однако, вместо того чтобы ответить, тот обеспокоено проговорил:
— Комиссар, где вы находитесь? Вы знаете, что случилось в заброшенном монастыре?
— Да, я только что оттуда, направляюсь в комиссариат… Вы установили, сколько людей имеется в наличии?
Повторив свой вопрос, Гольди опять замолчал. На этот раз из динамика донеслись звуки быстрого разговора,— очевидно, диспетчер с кем-то переговаривался… Наконец, после короткой паузы он сообщил:
— Мы сняли с патрулирования все машины дорожной полиции, вызвали ночную смену и отдыхающих — люди продолжают подъезжать. Сейчас у нас примерно человек тридцать — кроме тех, кто у монастыря.
— Плацци приказал вам отправлять их к монастырю?
— Да, они отправляются группами.
— Ясно… Дежурный по управлению уже передал о случившемся в Милан?
На короткое время диспетчер опять сделал паузу. Гольди представил, как он разговаривает по внутренней линии с дежурным по комиссариату… Через десять секунд диспетчер вернулся на линию:
— Нет, комиссар… Доктор Плацци приказал не сообщать в Милан о случившемся. Он сделает это сам, как только вернется в управление.
— Плацци приказал сделать это? — с удивлением переспросил Гольди.
— Так точно.
На мгновение Гольди задумался. Приказ начальника полиции, на его взгляд, означал одно: Плацци не хочет спешить — наверное, он хочет установить точные размеры случившегося: число убитых и раненых, количество оставшихся в наличии полицейских, и лишь после этого передать точные данные в Миланскую префектуру. Но Плацци не знает того, что знает он сам, а если бы знал, то не медлил.
— Диспетчер, свяжите меня по внешней линии с дежурным Миланского комиссариата.
— Что вы хотите сделать, комиссар? — В голосе диспетчера проскользнуло легкое беспокойство.
— У нас появились новые данные, которые необходимо передать немедленно. Свяжите меня с Миланом,— повторил Гольди.
Пару секунд диспетчер колебался, но все-таки не решился ослушаться приказа.
— Хорошо, комиссар… Ждите.
Некоторое время из динамика не раздавалось ни звука. Гольди слышал, как тяжело дышит старик. Джей Адамс с напряжением смотрела на комиссара, сжав автомат. Белов смотрел на Гольди с не меньшим напряжением. За то время, пока комиссар разговаривал с управлением, мимо стоянки по направлению к монастырю промчалось несколько полицейских и пожарных машин, а за ними, словно почуявшие падаль стервятники,— пара автомобилей, в которых Гольди разглядел нескольких знакомых журналистов. «Потеха начинается,— подумал он,— скоро у монастыря станет жарко». Он взглянул на часы — было уже без двадцати одиннадцать…
Наконец, в рации щелкнуло, и диспетчер сказал:
— Даю Милан.
Вслед за этим из динамика раздался густой бас:
— Помощник дежурного по комиссариату инспектор Дзагатто.
— Это комиссар Гольди из Терренского комиссариата,— начал Гольди,
— Доброе утро, комиссар,— приветствовал его Дзагатто.
— Оно не совсем доброе,— ответил Гольди. Прежде чем продолжить, он немного помедлил.— Инспектор, слушайте меня внимательно… Двадцать минут назад в Террено произошло чепе по коду «В один». Есть жертвы…
— «В один»? — переспросил Дзагатто. Внезапно его голос стал как будто тише, словно он отдалился от трубки. Гольди представил, как он дает знак кому-то из полицейских срочно найти дежурного.— Продолжайте.
— Многочисленные жертвы среди гражданского населения и полиции.
— Насколько многочисленные?
— Больше ста убитых гражданских, около тридцати полицейских и сорок карабинеров.
На мгновение в динамике смолкли все звуки. Инспектор Дзагатто, видимо, не мог вот так сразу поверить услышанному. Гольди представил себе его побледневшее лицо. Случайно он бросил взгляд в зеркало и увидел такое же бледное лицо Борзо.
— Комиссар, кто может подтвердить вашу информацию? — спросил Дзагатто через пару секунд. Гольди показалось, что в его голосе появилась легкая хрипотца.
— После того как мы переговорим, вы свяжетесь с нашей дежурной службой и проверите достоверность информации — они ею владеют. Пока же слушайте меня внимательно и не перебивайте.
— Хорошо, комиссар, но еще один вопрос,— быстро вставил Дзагатто: — Не могли бы вы сказать, где ваш начальник полиции?
— Начальник полиции, доктор Плацци, ранен. Убиты начальник отдела по борьбе с организованной преступностью комиссар Манари и командир роты карабинеров лейтенант Ональдо…
— Подождите, комиссар,— перебил Дзагатто.— Здесь дежурный по комиссариату.
В следующую секунду густой бас инспектора сменил спокойный баритон:
— Старший инспектор Ретти.
